Чужак из ниоткуда

Желание закурить должно почти исчезнуть.

— И правда, — оно удивлённо прислушалась к себе. — Не хочется!"

"Ещё я менял книги. Джек Лондон пошёл мне, что называется, «на ура», я вознамерился прочесть его всего. Кроме этого, на книжных полках Кофманов я обнаружил собрание сочинений Марка Твена и взял почитать роман «Янки при дворе короля Артура», о котором слышал, но в библиотеке кушкинского Дома офицеров взять не мог, — книга всё время была на руках. Судя по тому, что мне рассказывали, эта история чем-то напоминала мою собственную, и мне очень хотелось сравнить.

В понедельник, вторнок и среду я был плотно занят лечением тёти Фиры и лазером, за сооружение которого с энтузиазмом взялся Толян. Он же Толик Краснов.

Жили Красновы, как и мы, в собственном доме, но на противоположной окраине Алмалыка. Алмалык не очень большой город, по сравнению с тем же Ташкентом, — добираться, чтобы привезти то одно, то другое, вроде бы, и не очень далеко, но времени отнимало прилично.

А возить пришлось. Начиная от корпуса из титанового сплава, который достал дед, и заканчивая фиксажем (он же закрепитель для печатания фотографий). Из него, после обработки плёнки, можно было получить серебро, необходимое для серебрения одного из зеркал лазера.

На бассейн за эти три дня заглянул только один раз, в среду, на часок. Наташи не было. Пообщался со Славой и Васьком, даже сыграл сними в салки и побежал дальше.

Тогда же, в среду вечером, после работы, дед подобрал меня на своей машине в городе, и мы отправились на работу к дяде Юзику.

Рабочее место ювелира Иосифа Давидовича Кофмана располагалось в городском Доме быта, в центре. Личное богатство в СССР не поощрялось, но ювелирные изделия продавались свободно. А там, где существуют ювелирные изделия, есть и ювелиры.

Дед поставил машину возле Дома быта, посмотрел на часы:

— Сейчас должен выйти, подождём.

Долго ждать не пришлось. Дядя Юзик, одетый в светлые брюки и тенниску с короткими рукавами, с кожаной коричневой сумкой-портфелем через плечо, бодро вышел из здания, огляделся, и направился к нам.

— Приветствую, — поздоровался со всеми за руку, садясь в машину на заднее сиденье. — Ну, что у нас тут, заговор обречённых[34]?

— Обречённых на успех, — сказал я. — Здравствуйте, дядя Юзик.

— Молодой человек с юмором, — засмеялся танкист-ювелир. — Люблю! Так что, надеюсь, старому Юзику уже скажут, наконец, что ему делать?

— Вот, — я передал ему листок бумаги.

— Что это?

— Рубиновый стрежень. Чертёж с точными размерами. Это ювелирная работа, только вы можете сделать, дядя Юзик. Рубин у меня есть.

— Оставь себе, — дядя Юзик водрузил на нос очки, которые достал из нагрудного кармана тенниски, внимательно посмотрел. — Лазер? — осведомился деловито.

— Он самый.