Чужая дочь

– Бери выше! – Шульгин с трудом сел. – По меньшей мере – шпион английский!

Насторожился, прислушиваясь. За окном раздался шум машины… нет, проехала. Не остановилась!

– Как, впрочем, и весь бывший аппарат обкома, – шепотом добавил Шульгин. – Вот такие вот дела, братишка.

– А этот твой хороший чекист, – осторожно спросил Говоров, – обо мне не упоминал?..

– Нет, к счастью, – выдохнул Шульгин.

Встал, тяжело опираясь на палку:

– На фронте самое поганое время – это перед боем… Вот как сейчас! Быстрей бы уже приехали, мать их в душу!

А за окном сновали машины… Почему их так много в праздничную новогоднюю ночь?!

На счастье, все проезжают мимо горкома.

– Ждать невыносимо… – почти простонал Шульгин.

Налил коньяк в стакан:

– Миха… давай выпьем.

Говоров опрокинул коньяк одним глотком, как воду. Шульгин налил себе, тоже выпил.

Похоже, вкуса он не ощутил, как, впрочем, и Говоров.

– Слушай, Шульгин, – сказал он, – мы – честные коммунисты. Что партия поручала, то и выполняли! Не щадя ни себя, ни других! Они там должны понять – это ошибка!

– Хрена с два они поймут, – горько усмехнулся Шульгин. – Ты многих видел, кто оттуда вышел?

Говоров отвел глаза.

Что на это сказать? Сказать было нечего…

– Я еще в сорок восьмом нехорошее почуял, – признался Шульгин. – Когда они начали чистку по регионам.

Он снова наклонил бутылку над стаканом – и замер.

Повернул голову к двери…

И тут Говоров тоже различил приближающиеся шаги.

Как же они прослушали подъехавшую машину?.. Хотя, возможно, она встала за углом.

Дверь распахнулась. Вошли трое в штатском: в костюмах, в мягких просторных пальто. Один, впереди, в шляпе, двое других – без головных уборов. По лицам сразу видно – подчиненные.

Кто-то из них щелкнул выключателем у двери, и в кабинете сразу стало мучительно светло.

– Гражданин Шульгин? – спросил тот, кто вошел первым.

– Да, – кивнул Шульгин. – Только не гражданин, а товарищ!

Человек в шляпе вынул из внутреннего кармана пальто красное служебное удостоверение, развернул.

Его фамилия была Полищук, звание – майор государственной безопасности[2].

– Гражданин Шульгин, вы арестованы, – сказал Полищук, убирая удостоверение. – Вам придется проехать с нами.

– Я понял, майор, – пробормотал Шульгин. – Не будем тянуть резину.

Он неловко повернулся и выронил палку. Говоров нагнулся – поднять, однако майор оказался проворней.

Подхватил палку, чуть не швырнул Шульгину.

Холодно взглянул на Говорова:

– А вы, товарищ?..

Тот достал паспорт, подал.

Полищук медленно читал.

– Я знаю товарища Шульгина много лет, – не выдержал Говоров.