Чужая дочь

Он выскочил из «Виллиса» и сердито сказал: «Девчонки, где тут медсанбат? У меня водителя осколком поцарапало!»

Перед ним стояла Тася одна, а он сказал ей – девчонки… Почему? Он не знал. Но она влюбилась. Почему? Она не знала…

В это мгновение раздался стук.

– Кто там? – Тася приотворила дверь, и в комнату властно протиснулся Говоров.

– Я это! Тась, поговорить надо!

– Ну ладно, проходи.

– А с кем это ты тут шепчешься? – подозрительно огляделся Говоров, но тут же усмехнулся: – Сама с собой, что ли?

– Да нет, это я репетирую завтрашнее объяснение с Лилей.

– Да… Завтра день рождения! – Говоров явно волновался. – И хорошо! Пусть будет завтра. Да и правильно! Ошибиться никак нельзя!.. А это что?

Он кивнул на плащ, который старательно складывала Тася.

– А это… это я купила ей в подарок, – смущенно объяснила Тася. – Кажется, итальянский. Нравится?

– Итальянский? – хохотнул Говоров. – На толкучке небось брала? И не стыдно?

Она пожала плечами.

Стыдно?! Ничего себе! Да она счастлива, что удалось купить этот модненький плащик! Он не хуже тех платьев, которые покупает Лиле Маргарита!

Ничуть не хуже!

– Миша, ты поговорить о чем-то хотел, – напомнила Тася.

– Да, да, – пробормотал Говоров. Схватил ее за руку, подтащил к кровати: – Сядь, ну сядь, Тася! Завтра… Ну, ты же обещала… Неужели пойдешь за Шульгина?

– Миша… – пробормотала она растерянно. – Он хороший, и он любит меня!

– Ну да, – кивнул Говоров. – А как же я? Как же я, Тася?!

Любимые серые глаза взглянули на него с болью.

«Ей жаль меня! – понимал Говоров. – Будет жалеть – не бросит! Я же без нее не смогу!»

– Ну посуди сама! Котя, он… он уже отрезанный ломоть. А Лилька школу через месяц закончит. В Москву поступит. Там, глядишь, замуж выйдет. Один остаюсь! Я же… я без тебя не смогу! Совсем очерствею!"

"Он глядел умоляюще, но Тася все же покачала головой:

– Не уговаривай, Миша!

Начала подниматься, но Говоров вцепился в ее плечи:

– А я вот не пущу тебя никуда!

– Что, запрешь в этой комнате? – устало усмехнулась Тася.

– Воо-он в той! – показал Михаил на потолок. – Там, где женщина замурована.

– Ну да, это ты можешь, – слабо улыбнулась Тася, и Говорова поразила горечь, которая прозвучала в ее голосе. – И будем мы там вдвоем: я и дама-призрак! Которую Лиля по ночам ищет!

– Ага… – Говоров осторожно взял ее руку и тихо попросил: – Не бросай меня!

«Господи, да ведь я не могу без него жить! – думала Тася, глядя в это немного постаревшее, но по-прежнему такое красивое, а главное, такое любимое лицо. – Не могу! Но должна!»

– Миша, иди спать, – попросила она устало. – Я прошу тебя, иди.

– Тася! – вскочил Говоров.

– Иди, Миша! Не надо!

Она выталкивала Говорова за дверь, а он не уходил, пытался обнять Тасю, прижать к себе.