Чувство льда

То, что сказал ему Андрей, Николай Иванович понял точно так же прямолинейно. У него есть женщина, и, как порядочный человек, он не может ей изменять. Похвально, достойно уважения. Вот если бы ее не было, тогда другое дело, тогда, конечно, он бы смог полюбить Веру.

И так же прямолинейно рассудил он и в тот раз, когда был дома у Филановского в декабре, чтобы рассказать о Наташе Белоголовцевой и извиниться за оскорбления, которыми он, как теперь выяснилось – несправедливо, осыпал Андрея, когда Верочка узнала про историю с изнасилованием и во второй раз попыталась покончить с собой. Андрей был один, и Николай Иванович решил, что той женщины, которой он не хотел изменять когда-то, в его жизни больше нет. Бывшему военному, честному служаке, всю жизнь прожившему с одной женщиной, ему и в голову не приходило, что после «той» у Андрея было еще несколько подруг, менявшихся каждые четыре-пять месяцев. Николай Иванович приободрился и сделал вывод, что коль Филановский теперь один, то у Верочки есть шанс. Он готов был валяться в ногах, умолять и унижаться, лишь бы его девочка перестала болеть, вышла из депрессии и стала наконец счастливой, а счастливой она могла быть только рядом с Андреем, без него ей жить не хотелось. Две попытки самоубийства уже были, и Николай Иванович страшно боялся, что следующая может оказаться доведенной до конца.

Он снова пошел к Филановскому, и снова упрашивал, уговаривал, и все не понимал, почему Андрей говорит: «Это невозможно». Ну почему, почему? Ведь Верочка такая молодая, такая красивая, такая умная, так его любит! Что ему еще нужно?

Оказалось, у него снова есть женщина, Катя, тоже молодая и тоже очень красивая. Прямолинейное мышление доведенного до отчаяния отца подсказало единственный выход: убрать Катю – и путь к сердцу Андрея для Верочки открыт. Кати не станет – и место свободно.

Он всерьез стал обдумывать возможность устранения девушки, но тут вдруг подвернулась нежданная удача: флористическая фирма «Азалия», где работал Николай Иванович Синько, должна доставить груз в издательство, которым руководит брат Андрея. Поедут, кроме водителя, грузчики и ответственный представитель, то есть Николай Иванович. Пока грузчики таскали коробки с цветочными горшками и мешки с грунтом, он стоял на первом этаже, прохаживался взад и вперед, заглядывал от скуки в открытые двери. За одной из таких открытых дверей оказалась комната охранников, и Николай Иванович, сам в прошлом долго прослуживший в армии, поразился беспечности, с какой охрана обращалась с оружием. Они выходили из помещения то в буфет, то в туалет, то еще куда-то, не запирая дверь и оставляя пистолеты прямо на столе, у всех на виду."

"Вечером Николай Иванович жестоко укорял себя за нерешительность, за то, что не воспользовался моментом.