Чувства в клетке

Я ведь умею отключать в себе страх. Правда, обычно это под действием адреналина. Но я попробую.

— Обещай, что не будешь врать мне. Если что-то изменится в твоих чувствах, скажи честно. И имей в виду, я ревнивая тоже. Смертельно ревнивая. Если снова увижу тебя с какой-нибудь девкой, больше стоять и реветь, как в молодости, не буду. Теперь у меня другие методы.

— Не сомневаюсь. Я видел тебя в деле. Как вспомню, сразу тебя хочу. Хотя, я тебя все время хочу.

— Опять?

— Снова. А ты хочешь меня? Со мной ты настоящая?

— Самая настоящая. Ты сомневаешься?

— Нет. Но хочу услышать это от тебя.

— Я такая только с тобой. Поверь.

— Верю, — впивается в мои губы, прижимает к мокрым камням, сжимает грудь, — хочу тебя возле костра. Догоняй! — говорит, резко отпускает меня и бежит в воду. Принимаю вызов, бегу следом. Знаю, почему не взял меня здесь. На камнях неудобно. Переживает за мои травмы, хоть сегодня они и беспокоят меня намного меньше. Доплываю до берега, вылезаю из воды, Амин ждет меня с полотенцем. Подхожу, отбрасываю полотенце в сторону и прижимаюсь к нему голым мокрым телом. Он подхватывает меня на руки и несет к костру. Укладывает на плед. Вижу, он не собирается торопиться.

— Я хочу тебя любить медленно, неспешно, — в его глазах сквозит нежность, сдерживаемое желание и… обожание. Читаю это, ведь он открыт для меня, — как в нашу первую ночь, помнишь?

— Помню. Такое не забыть.

— Для меня ты и правда все еще моя чистая девочка. Сейчас в свете костра ты так на нее похожа. Я ведь хотел тебя безумно еще с той ночи на Ивана Купала. Помню твое румяное лицо в ту ночь.

— Поэтому ты хотел у костра?

— Да. Моя Мариша, — целует в шею, слизывая холодные капли, — моя сладкая девочка, моя колдунья!

Его руки нежные, он другой сейчас и я другая. По-другому чувствую его прикосновения, острее, ярче. Потому что открылась, потому что выплеснула со дна самую грязь, потому что вижу, не испугало его это, не отвернуло. Нет в нем брезгливости, наоборот.

Вижу желание помочь мне исцелиться. Именно это он сейчас делает своими прикосновениями и поцелуями. Показывает, не смотря ни на что, я достойна любви, мое тело, оскверненное не раз, способно очиститься, и душа способна на открытые чувства, способна любить и быть любимой. От этого горячо и больно внутри.

Оказывается, когда очень хорошо — тоже больно. Когда используют тебя — это противно, надо сжать зубы и терпеть, а когда любят…что делать? Как выдержать, когда чувствуешь, что внутри мертвая земля покрывается первыми зелеными ростками. Они пробиваются через сухую землю, причиняя страдания.

И только, когда эта земля увлажняется слезами, пробиваться к свету им проще. Их уже не остановить. Они тянутся к солнцу, превращаясь в толстые лозы, их уже не растоптать так просто.