Чувства в клетке

Когда вернулась в Россию, первым делом нашла Василия Николаевича. Машкиного отца. С Машей мы вместе были у Мустафы в клубе. Она помогала мне, мы подружились. Я знала о ее отце, поэтому легко нашла его. Вместе мы вытащили Машку, только поздно уже было. У нее был рак в запущенной стадии. Я отомстила потом, но легче от этого не стало. Много времени и сил я потратила, чтобы найти то, что у меня отняли, но результатов достигла мало. Сдохли все, кто знал что-то. Теперь я даже не знаю, с чего начинать, — я замолкаю. Амин тоже ничего не говорит."

"Он напряжен, руки застыли в моих волосах, прижимают крепко. Наверное, ему нужно переварить все. Может до него, наконец, дойдет с кем он имеет дело, отвернет от меня. Я встаю с его груди, сажусь, смотрю на костер. Потом говорю:

— Вот, я тебе все рассказала. Подумай, нужна ли тебе такая семья с таким грязным прошлым, — не смотрю на него, поднимаюсь, сбрасываю с себя футболку, штаны и бегу в озеро. Бросаюсь в прохладную темноту воды, как в омут, хочу смыть с себя все это, знаю, что не получится, знаю, что въелось слишком глубоко, но в очередной раз хочу попытаться. Ныряю и плыву под водой, пока не заканчивается воздух, и потом еще не хочу всплывать на поверхность, хочу этой обжигающей боли в легких, потому что вынырнув, придется встретиться с его взглядом. А я боюсь. Только сейчас понимаю, что боюсь. Кому нужна такая грязь? Кому нужна настолько потасканная, использованная всеми, кому не лень, женщина. Мужчины такого не терпят, мужчинам чистых девочек подавай. Трахать они могут кого угодно, а вот любить шлюх не умеют.

Выныриваю, на берегу вижу Амина, он стоит по колено в воде и вглядывается в поверхность воды. Как только замечает меня, громко орет:

— Марина! Твою мать! Какого хрена? — бросается ко мне, гребет сильными шумными движениями. Не хочу, чтобы догнал, плыву в другую сторону. Доплываю до противоположного берега, вылезаю недалеко от водопада. Подхожу к шумно бьющим струям, подставляя лицо к мощно бьющему потоку. Хорошо. Холодные бодрящие струи врезаются в тело. То, что надо, чтобы отрезвить, привести в себя. Не простит он мне и не примет. Так не бывает. Только в противовес холодным струям чувствую горячие руки, которые вырывают меня из водяного потока и прижимают к себе. Я спиной чувствую его горячее тело, а тяжелое дыхание обжигает шею.

— Ты меня зачем пугаешь? Тебе это нравится, да?

— Пугаю, чем?

— Ты была под водой слишком долго! Ты специально воскрешаешь мой самый страшный кошмар?

— О чем ты?

— Знаешь, сколько раз во сне я вот так же плыл за тобой в темноту? Сколько раз хотел утопиться в той реке за тобой следом? Пару раз почти получилось! Для чего ты меня пугаешь?

— Я не специально. Прости, — как же сложно поверить в то, что помнил, что любил. Но даже если так, любил он ту Марину.