Незабытые чувства

На смерть похожа, – говорит Настя, наливая себе чай, мельком поглядывая на меня.

– Кто бы говорил. Сама вон как похудела, – обмениваемся с Лаской комплиментами, а потом переходим к обсуждению планов на ближайшие дни, договариваясь, что Настя останется с нами до возвращения Багдасарова, а потом уедет.

Ян сказал, что вернется с водителем через несколько дней, а я ума на приложу, как объяснять Андрею, чтобы он не принимал Багдасарова в штыки. Одна надежда, что у Яна хватит терпения приручить моего волчонка. В противном случае будем видеться потаясь. Под покровом ночи. Другого выхода я не вижу.

– Спокойной ночи, Алён, – желает мне Настя, когда я иду в душ. – Но всё-таки я очень переживаю, как вы будете с Андрюшкой без моей помощи...

У самой сердце на не месте. Я привыкла, что на Ласку всегда можно положиться.

– Все будет хорошо, – заверяю ее, не желая никого расстраивать.

В конце концов Настя молодая девочка, ей нужно устраивать свою жизнь, а не нянчить моего сына."

"Андрей спит на кровати раскинув руки, словно звезда. Смотрю на эту картину с улыбкой, наблюдая, как он размеренно и спокойно дышит, а потом ложусь рядом, поглаживая его по мягким темным волосам. Последние три месяца я приучаю Андрея спать самостоятельно. Но в поездке все пошло наперекосяк. Да и оставаться одна сейчас не хочу. Боюсь, что тоже приснится какой-то тяжелый сон, после которого буду долго приходить в себя. Как только Ян с этим живёт?

Багдасаров опять возвращается в мысли. Я долго ворочаюсь под одеялом, прислушиваясь к шуму дождя за окном и проваливаюсь в сон только под утро, думая о том, что всерьез переживаю за то, как сложатся в дальнейшем наши отношения с Яном.

– Мам, – зовет Андрей и тычет мне пальцем в ресницы.

Открываю сонные глаза и застаю ребенка в слезах. За окном уже рассвело, но дождь даже не думает прекращаться.

– Что случилось, Андрюш? – мягко спрашиваю, поглаживая его по пухлой щечке.

– Настя сказала, что сегодня мы поедем к врачу. Мне опять будут делать укол? Я не хочу… – он жалостливо всхлипывает.

В больницу мы попадаем с завидной регулярностью, но Андрей все равно безумно боится врачей и особенно уколов. Впрочем, как и любой ребенок в его возрасте. Мне кажется, столько нервов, сколько я убила за эти три года, выхаживая его после травм и болезней, должны были превратить меня в безэмоциональное существо или дряхлую старуху, но это отнюдь не так.

– Уколов не будет. Обещаю. Врач посмотрит горлышко и послушает легкие.

– Правда?

– Да.

– Смотри, – Андрей протягивает мне руку, голос дрожит от волнения.

Разжимает маленький кулачок и я вижу на его ладошке несколько черных ресничек. У сына они очень длинные и пушистые, мне о таких только мечтать.

– Что не так? – не понимаю я.