Незабытые чувства

Именно с этой мыслью и кончаю, чувствуя, как не хватает воздуха, а перед глазами плывут белые пятна от силы ощущений, которые испытываю рядом с ней. Хватка моих рук становится слабее. Я опять обесточен на какое-то время, но желание продлить наше общение в другой позе с серией таких же ярких оргазмов вспыхивает с новой силой, стоит Алёне провести ноготками по моим плечам и опять припасть губами к моей шее.

Наркотик.

– Еще хочу, – шепчет цветок, придя в себя от оргазма. – Не уезжай.

– А как же твой волчонок?

– Я им сейчас позвоню. Скажу, что задержусь. Только останься…

Снова улыбаюсь, прижимая цветок к себе. Сейчас мы с ней грудь к груди. Сердце к сердцу.

– Пожалуйста, – добавляет она.

Быстро учишься, Алёна. Буквально на лету все схватываешь. К бабуле тебя отвезу, когда станет посвободнее с графиком. Обязательно подружитесь. И волчонка там твоего объездим. Может, от моих родственников он вежливым и покладистым вернется. Как знать.

26 глава

«Я на месте. Все нормально», – получаю сообщение от Багдасарова и долго смотрю на экран телефона, пока он не гаснет.

Происходящее между нами с Янисом похоже на сон. Хороший и в то же время тревожный.

«А у тебя?», – тут же приходит следом, отчего я опять улыбаюсь.

Какой же Хулио упертый. Если что-то вбил в свою голову, то намертво. В этом мы с Яном очень похожи. Но это даже к лучшему, что он уехал, иначе я бы не скоро вернулась домой. А не будь у меня Андрюши, то снова оказалась бы в заложниках Багдасарова и неизвестно на какое время. Не хочу проводить параллели между тем, что было много лет назад и сейчас, но провожу. Как-будто вернулась в прошлое. С возможностью начать все с чистого листа. Только что ждет потом? Я ведь действительно больше не выберусь, если у нас с Янисом ничего не сложится."

"– Алён, ты спать собираешься? – в комнату заглядывает Настя, отвлекая меня от беспокойных мыслей. – Завтра ведь рано вставать, – напоминает она.

Пока находилась в объятиях Багдасарова, то старалась не впускать в душу слова Яна о снившейся ему девочке, а сейчас так тянет внутри, так болит, что вдох сделать не получается. Я долгое время утешала себя мыслями, что лить слезы по несуществующему ребенку – глупо, но оказывается он все это время существовал.

Быстро набираю ответ Янису и перевожу телефон на беззвучный режим. Связь между нами с Багдасаровым натягивается, и будет становиться крепче. Если не допустить новых ошибок.

– Да, завтра съезжу с Андреем к врачу. Он уснул? – отзываюсь я.

– Долго рассказывал о чем-то на своем непонятном. Я кивала и говорила «угу», а потом Дрю вырубился, перед этим сказав, что не будет по мне скучать, когда я уеду от вас в командировку. Боюсь, что вашу связь с Багдасаровым он воспримет сильно в штыки. А потом сто процентов заявит, что теперь будет жить у Дины.