Чувства навыворот

Может, красоткой Ирина и не являлась, но симпатичной — точно была.

И лишь он — только он — всегда утверждал обратное!

Удивляясь собственной смелости, в ответ Ирина потянулась к уху Красницкого и так же тихо прошептала:

— А ты красивый, Слав! Очень красивый! Жаль только… внутри гнилой! А тот, кому предназначается подарок, в отличие от тебя, способен ценить людей не только за внешность. Он видит душу. Смотрит в самую суть!

— Да проще все. Он — тупо слепой!

— Думай, что хочешь, — отстранилась она, горделиво выпячивая подбородок, — но коробку верни!

— Не хочу, — вальяжно откинувшись на спинку сиденья, парень демонстративно завертел «яблоко раздора» в руках. — А давай ты его мне отдашь?

— В каком смысле?

— В прямом!

— Красный, ты головой ударился?

— И не раз!

Ясно. Этот идиот над ней просто издевается. Все, как обычно.

Тяжело вздохнув, Синицына попыталась собраться с мыслями.

Конечно, на совершеннолетие единственному родному племяннику ее мама подготовила особенный подарок от них обеих. Так что можно было лишний раз не заморачиваться. Однако ей хотелось и лично побаловать любимого братишку в такой день. Ведь помнится, несколькими месяцами ранее, на ее восемнадцатилетие, он поздравлял Ирину отдельно от родителей.

Вот и она хотела последовать его примеру. Парфюм и капу девушка купила на деньги, сэкономленные исключительно из финансов, что мама выделяла ей на карманные расходы. Но стоил ли этот подарок такой нервотрепки? «Определенно, нет! Не отбирать же его силой?»

— Черт с тобой! — произнесла в итоге. — Если хочешь, оставь себе!

От удивления Красницкий замер.

— Серьезно?

— Да! — скорчила она язвительную гримасу. — Считай это моей благодарностью за твою бескрайнюю, бескорыстную доброту! И платой за «такси».

— Я все равно выкину эту хрень, даже не доехав до дома! Понимаешь?

— Мне плевать, даже если ты решишь на него предварительно помочиться! Теперь «эта хрень» твоя! Делай с ней, что пожелаешь!

Разозлившись окончательно, Ирина вновь отвернулась к окну.

Весь оставшийся путь до ее дома они провели в тишине.

Неловкой. Давящей. И едва его автомобиль затормозил у нужного подъезда, Синицына пулей выскочила наружу. Не оборачиваясь. Не прощаясь.

Громко и явно обиженно хлопая дверью.

Уже поднимаясь в лифте, Ирина задавалась лишь одним вопросом: откуда, черт возьми, он знает ее адрес? Откуда?

Глава 5

Вячеслав«Сука!»

«Чертова сука!»

Все еще полыхая от злости — дикой, неуемной — он открыл дверь родного двухэтажного особняка практически с пинка. Не задумываясь ни о приличиях, ни о жутком грохоте, сопровождающем сей процесс.

Потому что плевать. Потому что все равно. Потому что хреново.

Руки тряслись. За грудиной предательски ныло.