Чуть не треснуло очко!

Не забывали меня и парни на машине, они, с интервалами в две недели увозили меня в загородный дом или на квартиру к одному из них, бесцеремонно трахали хором во все отверстия и отпускали до следующего раза.

Наконец, наступили летние каникулы, и я вздохнул с облегчением. Как минимум, три ближайших месяца я был избавлен от обязательной повинности, я перестал выходить на улицу, не поднимал телефонную трубку, ушёл в глубокое подполье. В итоге все решили, что меня нет в городе, и успокоились. Зато забеспокоилась мама, она решила, что я нездоров, раз сиднем сижу дома, и что я должен поехать в Дом отдыха на берегу Каспия. Достала мне путёвку на работе и отвезла туда. Сама остаться она в Доме отдыха не могла из-за работы, так как у неё отпуск должен был быть в октябре.

Первый день я и тут гулял с опаской, вдруг встречу кого-нибудь, кто знает меня. К вечеру успокоился, а на следующий день я, неожиданно для себя, испытал высокие чувства! Почему-то выделил именно его в компании таких же красивых мускулистых парней, которые проходили мимо, и этот парень приветливо улыбнулся мне. Этой доброй улыбки хватило, чтобы моё сердце перестало мне принадлежать. Позже я узнал, что эти ребята из юношеской сборной города Пальчика по футболу, их привезли на отдых после спортивных двухмесячных сборов. Ребятам по восемнадцать и девятнадцать лет. Все такие симпатяги, словно сошли с обложки какого-нибудь глянцевого западного журнала.

С Аликом мы познакомились в тот же вечер. Он сам подошёл ко мне в столовой после ужина, и мы пошли погулять вдоль берега. Увлечённые разговором, мы не заметили, как далеко ушли от наших домиков.

— Давай вернёмся, — предложил я ёжась.

— Замёрз? — Алик обнял меня за плечи и ласково притянул к себе. У меня от нахлынувших чувств подкосились ноги, и я оказался в жарких объятиях парня. Так страстно меня зажимал только Осман. Мы так же лежали на берегу моря, и язык Алика так же обрабатывал меня, а его сильные руки так же грубо массажировали моё тело. Но было и отличие. Теперь я сам хотел, чтобы парень распечатал меня и до бесконечности потел на мне. Поэтому, когда Алик перевернулся на спину и надавил на мою голову, я сам стянул с него шорты и впился губами в его толстую мясистую колбасу. Я хотел понравиться Алику и старался как никогда: лаская рукой его тугой мешочек, я глубже и глубже насаживался на подрагивающий шланг. Я слышал, как усиливаются стоны Алика, но не ожидал, что он так быстро закончит. Ведь я не знал, что во время спортивных сборов им запрещено заниматься чувственными наслаждениями. Брызгал из своего шланга Алик долго и много, потом поставил на меня четвереньки и медленно, стараясь не причинить сильной боли, решил поиграть с моими булками.