Невероятная очевидность чуда

"

"– Не то чтобы обидно, мы же не для широкого зрителя, телевидения и проката его снимали и делали, а под конкретный заказ. Жаль только, что сами не можем теперь пересмотреть его в полной версии.

– И на этом ваш бизнес закончился, что ли?

– Нет. Географическое общество нанимало нас еще на две интересные научные экспедиции: по Северному морскому пути, а потом еще на одну нанимали уже конкретно вояки. Вот с ними тоже было круто и очень интересно, – объяснил Орловский и резко оборвал свое повествование: – Все, Ева, думаю, моя очередь рассказывать сегодня отработана с превышением всех нормативов, подача теперь на твоей стороне.

– Подожди! – оспорила его решение Ева. – Во-первых, мы так и не добрались до того, чем же все-таки ты занимаешься сейчас, и до твоей профессии. А во-вторых, ты не сказал, как разрешилась история с тем твоим однокурсником Глуховским, отец которого на тебя давил авторитетом.

– По первому вопросу тебе придется еще немного помучиться любопытством, которое я удовлетворю в следующий раз. А по поводу Сашки Глуховского… Да нормально все было: мой отец имел тайный, приватный разговор с его отцом, во время которого, видимо, очень доходчиво и на личном примере объяснил, от чего реально спас его сыночка мой категорический отказ делать тому «экскурсию». Уж о чем они там говорили, не знаю, но Сашка извинился передо мной вполне официально, при всех в лекционной аудитории и пожал руку. Но как ты понимаешь, друзьями мы с ним не стали.

– Не сильное упущение, – дала оценку Ева и спросила вдогонку: – Значит, ты сам все эти годы строил свой бизнес и у папы денег не брал?

– На бизнес не брал, – подтвердил Орловский.

– А на что брал? – ухватилась за эту его оговорку Ева. – На крутые тачки, путешествия, шмутки и лакшери всякую жизнь?

– Нет, – рассмеялся тихонько ее откровенной провокации Павел. – Как я объяснил, сфера моих интересов лежала совершенно в другой плоскости. К тому же я бы не принял у него таких «подарков», и он это знал.

– Почему не принял? – выспрашивала настойчиво Ева.

– Потому что я не покупаюсь и не продаюсь, и отец это понял с моих девяти лет. К тому же у меня несколько иное отношение к богатству и деньгам, просто как к ресурсу, позволяющему вкладываться в свое развитие, в освоение новых знаний и навыков, и как возможности в любой области своей реализации приобретать самые наилучшие и качественные средства производства и материалы. И это он тоже про меня отлично понимал.

– То есть не получилось из тебя, Пал Андреич, мажора на пафосе, через губу к остальному миру? – усмехнулась Ева.

– Не получилось, да, – покивал удручающе-наигранно Орловский, пожав плечами, и развел в стороны ладони жестом «ну, извини».