Притворись, что мы вместе

Полина сидела на стуле, слегка раскачиваясь из стороны в сторону. В руках она сжимала чашку, но почти ничего не пила. Силуэт то совсем расплывался, то вроде как становился четче, и я могла даже разглядеть мелкие улыбающиеся морщинки.

– Хотя все равно вы меня идеализируете, Полина Алексеевна. Это свойственно пациентам – делать из врача ангела. У меня тоже есть свои серьезные проблемы, в том числе и с головой.

– Только не рассказывайте, что вы с вашими сослуживцами по ночам в прозекторской режете людей заживо.

– А потом жарим и едим. Да нет, я про то же самое: про страхи, про заблуждения. Да и еще про кое-что. Вот вы, например, что здесь делаете, Полина Алексеевна, как тут появились? Надеюсь, просто приснились. Только вот незадача: хорошо помню, как вечером выпила коньяка, потом легла спать, потом проснулась оттого, что сильно захотелось пить, потом встала и пошла на кухню – а тут вы. Я очень вам рада, но все равно – страшно.

Призрачная фигура несколько поблекла, стало трудно разглядеть лицо. Зато голос показался более четким и жестким.

– Леночка, незачем себя мучить дурацкими вопросами «что я тут делаю?», «зачем?» и «как?»… Да то же самое я тут делаю, что и вы на кладбище, когда к деду поехали просто потому, что поехали, и все. Не время сейчас объяснять, а может, оно и не наступит никогда. Как настроение будет, как карта ляжет… Надо уже нам всем ложиться спать…

Она улыбнулась, поставила недопитую чашку на стол и встала.

– Не беспокойтесь за меня, Елена Андреевна. Видите: я уже совершенно нормально хожу. Почти что летаю.

Полина уверенным шагом двинулась по коридору.

– Я вам позвоню и обязательно приглашу в гости.

– Конечно. Я буду рада.

Я закрыла за ней дверь и потом долго-долго возилась, никак не справляясь со старым раздолбанным замком, какие только и бывают в съемных квартирах. Шелковая сорочка не спасала от назойливого сквозняка, и в итоге, замерзнув окончательно, я решила, что как это ни жестоко, но придется разбудить Славку.

– Лена, ты чего, что случилось?.. Лена! Лена, вставай.

Славка тряс меня за плечо, высвобождая мои многострадальные мозги из плена сумасшествия.

И правда было очень холодно. Конечно, холодно спать, свернувшись калачиком около входной двери: по полу страшно дуло. Славка был не то что испуган, но смотрел на меня в тот момент скорее как на пациента.

– Вставай. Ты что тут делала?

– Не знаю, не помню… наверное, в туалет ходила… Видно, спала на ходу.

– Ну и дела… Да вы, Елена Андреевна, еще и лунатите. Надо предупреждать, теперь буду вечером убирать ножи и закрывать балконные двери.

– Хватит стебаться над больными. Стыдно вам, доктор.

– Ладно, давай иди в ванную, согрейся.

Я послушно просидела полчаса в густом тумане. Тепло принесло небольшое облегчение.