Что в имени тебе моем... (СИ)

Искала Зумуруд козу, а нашла лежащего без сил путника.

Однако... Странно право... Она его перевернула, желая убедиться, что мужчина жив. Он показался ей таким красивым... Несчастным, вконец измученным, но таким красивым... Он был худ, но хорошо сложен. Пропыленная одежда не скрывала широких плеч. Черные волосы, высыпавшиеся из-под головного убора, гордое худое лицо, заросшее черной щетиной, красивой формы твердые губы. Интересно, а как эти губы могут целовать... Сердце девушки в таком возрасте только и ждет, чтобы затрепетать от первой любви. В общем, в этот самый момент путник открыл свои прекрасные черные глаза. И они пораженно уставились друг на друга. Взгляд-взгляд.

- Кто ты, как твое имя? - первой спросила девушка, пока путник гадал, не ангела ли видит он. А то может он уже на том свете?

Но оказалось, что ангел вполне из плоти и крови, потому что тормошил его немилосердно.

- Что в имени тебе моем... - через силу смог выдавить из себя мужчина.

Дагон, а это именно его измученное тело сейчас трясла во все стороны Зумуруд, поморщился и добавил обреченно:

- У меня нет его. Нет имени. Дай мне умереть.

Очевидно, после этой тирады именно умереть он и собирался, так как красиво закрыл свои красивые черные глаза и застыл бездыханный. Ну уж нет! У Зумуруд были совершенно другие планы. Наконец удалось встретить настоящего мужчину, который ей понравился, а тот собирается умереть?! Нет, это что за неуважение, она же, в конце концов, принцесса!

Потерявший сознание Даг был немедленно схвачен за ноги, протащен довольно приличное расстояние, стуча головой по мелким камешкам, и водворен на тюфяк в хижине. Там в него насильно влили стакан молока и, наконец, дали уснуть. Прекрасный мрачный мужчина спал, а девушка любовалась и размышляла. Она его выходит, а потом выйдет за него замуж. Прекрасный план! Иначе и быть не могло.

Ночью пошел дождь.

Проснувшись поутру, Дагон открыл глаза и снова увидел девушку. А вчера-то все казалось, что девушка ему мерещится. Надо же, так похожа на Янсиль... Только волосы темные, а глаза голубые. Он и сам не заметил, как сердце его затрепетало от неведомого предчувствия, и кожа покрылась мурашками.

- Ты проснулся, - девушка смутилась и покраснела.

И от этого стала еще краше."

"- Проснулся... прекрасная дева.

Они проговорили целый день, Дагон словно действительно проснулся от того черного сна, в котором жил последние восемнадцать лет, проснулся, чтобы жить заново.

Дождь все шел и шел. Три дня подряд. За эти три дня, проведенные вместе, они стали необходимы друг другу. Казалось немыслимым, что когда-нибудь дождь закончится и им придется выйти отсюда. Они не хотели выходить. А больше всего они хотели быть вместе. Теперь-то Дагон понял, что такое любить по-настоящему. Бесцельное существование обрело для него смысл.