Что-то между нами

– Воинов встает, сгребает меня в объятья и что есть силы вжимает в себя. Он похудел за последний месяц и здорово осунулся. Боже… И он ушел от жены! Из-за меня. – Тогда хотя бы скажи, что ты меня не ненавидишь. Потому что я… Не могу с этим жить.

– Ну конечно, я тебя не ненавижу! – вжимаюсь лбом в его плечо, закусываю губы: – А ты? Не ненавидишь меня за то, что я сделала?

– Дурочка. Я жить без тебя не могу.

– С ума по мне сходишь, – шепчу, слизывая непонятно откуда взявшиеся слезы.

– Я люблю. Я очень-очень тебя люблю.

ГЛАВА 27

ГЛАВА 27

Я думал, это поможет. Как-то нас спасет. Ее спасет – в первую очередь. Я ведь видел, что с ней происходило, как бы Эмилия это не отрицала. Но у меня ни черта не вышло. Не зря же она стала пропадать. На два, три, четыре дня… На неделю. Нет, конечно, я всегда знал, где девчонка находится. Эмилия звонила или писала, сообщая, куда подалась, чтобы не волновать меня. Иногда даже отсылала свои работы – уезжала-то она не просто так, а в поисках вдохновения и, наверное, себя. И в какие только дали ее не заводили эти странные поиски. Однажды, я это уже потом узнал, Эмилия в чем была запрыгнула в поезд дальнего следования и проехала через всю страну, то сходя на каких-то полустанках, то возобновляя прерванный путь…

А я терпеливо ждал. Когда она переболеет и вернется. Потому что иного выхода для себя не видел. Не мог я уже без этой девочки. И с ней, такой мечущейся, не мог. Вина не давала жизни. Я спрашивал себя, как же так вышло, что Эмилия искренне не понимала, как много для меня значит? Уж не потому ли, что я сам до последнего отрицал свои чувства? Опасаясь то ли повторить путь других стареющих идиотов, то ли показаться кому-то смешным рядом с такой юной девочкой… Отрицал, да. И не спешил что-то менять, ведь зачем? Когда меня все и так устраивало.

Поразительно. Но во многих вещах Эмилия оказалась гораздо более мудрой. Она никогда ничего не требовала. И никогда на меня не давила. Даже в ситуации с Томой она просто рассказала о своих подозрениях, которые, со временем, во многом нашли подтверждение. То есть Эмилия никогда ничего от меня не скрывала, даже когда понимала, что я вряд ли займу ее сторону. Она подкидывала мне пищу для размышлений и самоустранялась, мол, ты, Воинов, взрослый умный дядька, думай сам, как быть, я все сказала. Как оказалось, это весьма мудрая позиция. Ведь что-то решая, я, естественно, брал на себя и всю полноту ответственности. А медля с принятием этих самых решений – лишал себя права критиковать чужой выбор.

Тома действительно была беременна. Но, как показали сроки УЗИ, не от меня. Испугавшись в последний момент того, что я об этом узнаю, Тамара планировала сделать аборт.