Что хочет женщина…

Ты женщина. С такими же потребностями и желаниями, как у остальных женщин, включая желание быть любимой. Это желание не покидало тебя всю жизнь. Ты хочешь любить и быть любимой. Ты позволила Сьюзен вести себя, как избалованному ребенку, страстно желая, чтобы она полюбила тебя так же сильно, как ты ее.

Шарлотта потрясенно приоткрыла рот. Но Стюарт неумолимо продолжал. Его синие глаза были серьезными.

– Это и побуждало тебя ложиться со всеми этими мужчинами, верно? Неужели ты когда-то занималась любовью с кем-то, в кого не надеялась влюбиться? Карлос, тот романтик, из-за которого ты потеряла голову? Все мужчины, которые могли принести тебе счастье в фарсе, которым был твой брак с Пьетро? – Он понизил голос: – Джереми, неотразимый щеголь, который ослепил молодую девушку, жаждавшую приключений?

Шарлотта снова принялась вырываться:

– Отпусти меня! Ты ничего не знаешь! Как ты смеешь вспоминать мою жизнь, изображая ее серией жалких любовных неудач? Мои отношения с другими людьми – не твое дело! И кто бы говорил! Твой отец не выносит одного твоего вида, а мать – самого худшего о тебе мнения, хотя тебя и обожает. Я не принимаю советов от того, кто живет на взятые взаймы деньги в одолженных взаймы домах…

Стюарт заглушил ее поцелуем, жестким, требовательным поцелуем, которого она так боялась раньше. Теперь Шарлотта была ему рада, потому что Стюарт дал ей возможность не думать о чересчур правдивых его словах и ее собственной жесткой реакции на них. Когда Стюарт целовал ее, из ее глаз текли слезы. Что она наделала, бросив ему в лицо напоминание о неприязни отца? Что же она за человек, если защищает собственное раненое сердце, разрывая в клочья его? И что хорошего будет в том, если она оттолкнет единственного мужчину, с которым так отчаянно желала близости?

Стюарт резко отстранился и снова сжал ее лицо, вынуждая взглянуть на него.

– Я не похож на других мужчин, – сказал он не своим голосом – слишком много эмоций теснилось в душе. – Я не пытаюсь соблазнить тебя ради развлечения на один вечер. Я не использую тебя. Хочу, чтобы ты была счастлива, черт возьми! Даже если не со мной. Я уйду, если ты этого хочешь, но не говори, что ты, даже ты так плохо обо мне думаешь. Ради всего святого, я люблю тебя!

Шарлотта ошеломленно уставилась на него. Дыхание вырывалось из груди короткими, болезненными выдохами. Он любит ее? Стюарт любит ее?

Стюарт неожиданно моргнул. Хватка его ослабла, словно он только сейчас понял, что сказал. Опустив руки, он отступил.

– О боже! – пробормотал он, отворачиваясь. – Прости. Я не хотел…

Плечи его опустились. Стюарт, не оглядываясь, схватил и натянул пальто, нагнулся, чтобы взять шляпу и перчатки. Шарлотта поняла, что он сейчас уйдет.

Она балансировала на грани мучительной нерешительности.