ЧОП «Заря». Книга третья

Эмоциональное выгорание, депрессия, хроническая усталость — разом все то, с чем так успешно справляются инфоцыгане и блогеры лайф-коучи. Прямо «память предков» сработала — мозг на автомате отсек, жамкнув кнопку: «пропустить рекламу».

Следующий — хрустнуло. Еще один — хрустнуло.

Я будто ленту «Тик Тока» листал, с первой секунды смахивая образы, пытавшиеся пробраться мне в мозг. Не нравится, не нравится, дизлайк, в игнор…

Местных фобосов, похоже, жизнь к такому не готовила. Появился просвет, в который я рванул к Маше. Психика не резиновая — чувствовал, что еще с десяток этого суицидального контента и никакие фильтры не спасут.

Я подскочил к девушке, с хрустом дернул за дымный хвост тварь, которая держала ее руку. Оторвал вторую, метнув ее в подкрадывающуюся толпу, и поймал безвольно упавшее тело.

И тут меня накрыло уже конкретно.

Голова закружилась, черные тени стали виться вокруг нас, поглощая весь свет вокруг. Возможно, я отключился — на какой-то момент исчезли все звуки, включая занудный колокол. Синяки и ноющие ссадины успокоились, пропали гнойные запахи от истлевших фобосов. Я буквально моргнул и очнулся уже в другом месте.

Словно попал в пустое и абсолютно темное пространство. Ощущение свободного ничего с ночным небом над головой. Стены с потолком исчезли, а с реальностью примирял только все еще мягкий пол под ногами."

"Передо мной была Маша — в светлой и чистой крестьянской одежде. Явный фрагмент из воспоминаний до страшного момента, который устроили сектанты. Чистые волосы завязаны в косу, на голове венок из подсохших, но все еще красивых цветов. Она улыбается кому-то, кивает, машет рукой. В ней есть сила, какой-то безобидный домовенок, хихикая, вьется вокруг нее.

Но потом ее лицо меняется, появляется удивление, быстро перерастающее в страх.

В темноте вокруг нас что-то появилось. Призрачные «змейки» возникли в воздухе и стала закручиваться вокруг девушки. Душить ее, лезть в глаза, уши, рот, обрывая ее крик.

Ту «ленту», что поменьше я уже видел раньше — в зеркалах родного дома и на пороге Ордена. А вот вторая, очень похожая по плетению и структуре, была новой. Еще сильнее. Еще плотнее создавала ассоциации со скверной. Хлесткая, как насмешка, издевательски переполненная чувством вседозволенности.

Но и с добавлением светлого спектра. Может, Орден или остатки святости предков. Этот неизвестный упивался своей силой и властью не только над Машей в данный момент, но и вообще надо всем миром.

Еще две, а, может, три «змейки» были слабыми, практически бледная тень основных.

Маша все же вырвалась и закричала — страшно, будто ее что-то разрывает изнутри. «Змейки» вспыхнули, освещая пространство вокруг. Во все стороны по кругу стали появляться дома, животные, люди.