Чистильщик

В центре стоит длинный прямоугольный стол, вокруг него — несколько стульев. Раньше эту комнату использовали для допросов, потому что выглядит она мрачновато: по стенам расклеены сотни фотографий, под ними сложены кипы бумаг, и полицейские постоянно ходят мимо окна, иногда неожиданно появляясь в комнате, чтобы прошептать что-то детективу, проводящему допрос. Орудие убийства лежит неподалеку, так чтобы убийца мог его хорошо видеть, и вскоре он чувствует, что на него имеется масса информации, и в конце концов он раскалывается. В углу, у окна, стоит огромное растение в горшке. Когда я поливаю его, я особенно осторожен.

Подхожу к стене с фотографиями — фотографиями жертв и мест преступления, приколотых к пробковому стенду. Фотографии последних жертв — Анжелы, Дарри и Марты Харрис — висят сверху, и в общей сложности получается семь трупов за последние тридцать недель. Семь нераскрытых убийств. Двух было достаточно, чтобы полиция установила между ними связь, несмотря на разные М.О. «Modus Operandi». Способы совершения преступления. М.О. — это то, что есть общего в совершенных преступлениях — одно и то же орудие убийства, или способ взлома, или то, как напали на жертву. Это не то же самое, что почерк. Почерк — это то, что убийце надо проделать, чтобы почувствовать удовлетворение — подрочить над трупом, следовать какому-то определенному сценарию или заставить жертву принять в чем-то участие. М.О. можно совершенствовать. Когда я впервые вломился в дом, то разбил окно. Потом я узнал, что, если заклеить стекло скотчем, оно не разбивается вдребезги и не так шумно бьется. Потом я научился пользоваться отмычками.

А почерк совершенствовать нельзя. В почерке вся суть убийства. Это вознаграждение. У меня нет почерка, потому что я не из тех больных извращенцев, которые убивают женщин ради сексуального удовлетворения. Я делаю это развлечения ради. А это большая разница.

Из семи нераскрытых убийств, мои — только шесть. Седьмое навесили на меня потому, что полиция ни на что не годится. Все-таки странно, как на этом свете все приходит в равновесие: одна женщина, которую я убил, так и не нашлась. Где она?

Долгосрочная парковка. Я запихнул тело в багажник ее машины, доехал до города, купил билет на стоянку в гараже и оставил машину на верхнем этаже. Очень редко парковка заполняется настолько, что машины заезжают на последний этаж. Я завернул ее тело в полиэтилен в надежде, что это приглушит запах на день, может, на два. На три, если повезет. Надеялся, что, если очень повезет, ее целую неделю никто не найдет.

Она была второй из моих семи, и она все еще там, наверху, на ветру, который продувает верхнюю площадку и разгоняет запах. Высока вероятность, что там с тех пор вообще никто не побывал.