Четвертый тост

Самое простое объяснение вроде бы лежало на поверхности – злой ваххабит взял в плен неосторожного солдатика и волочет в свое бандитское логово, тварюга такая. Однако не стоило безоглядно поддаваться первому впечатлению. Если вспомнить, сколько вполне славянского народа воевало на стороне боевиков, представшую его взору сцену можно толковать двояко, трояко, вдоль-поперек и всяко… Как пишут в рубрике объявлений, возможны варианты. Как бы там ни было, все, что происходило в радиусе десятка километров от второй точки рандеву, майора должно было интересовать всерьез…

Подозвав передовую тройку, он распорядился:

– Будем брать обоих. Живыми и невредимыми, ясно?

Чтобы развернуться должным образом – ловушка и внешнее охранение на случай непредвиденных обстоятельств, – им потребовалась всего-то пара минут. Они исчезли. Только что были – и вдруг их не стало на местности…

Первым из укрытия поднялся Краб – в той же лохматой папахе, весь из себя дружелюбно настроенный. Окликнул:

– Аллах акбар!

И тут же завалился за бугорок, дабы уберечь организм от возможных повреждений, – молодец в пятнистой кепочке, не раздумывая, вскинул автомат, полоснул очередью, но все же оказался слишком жидок для того, чтобы задеть Краба. Тот подумал, уже отползши в сторону: «Щенок щенком, но басом тявкает…» – и проворненько переместился на запасную позицию.

Начались дела. «Кепарик», огрызаясь короткими очередями, умело отступал – перебежками, перекатом, а то и ползком. Безоружный, наоборот, остался на месте. Мало того, проворно залегши, пополз в ту сторону, откуда показывался Краб, крича:

– Не стреляй, брат! Иншалла!

Такая вот, изволите ли видеть, оригинальная славянская рожа, взывающая к милости Аллаха… Дождавшись, когда ползущий перевалится через бугорок, Краб возник с неожиданной стороны, одним прыжком оказался у того на спине, придавил к земле и тихонько посоветовал:

– Молчать. Кто такой?

– Не стреляй, братишка, свои! – придушенно отозвался пленник, лежа неподвижно, словно нерадивая шлюха под клиентом. – Отряд Бадруддина, слышал? Ля-илля иль-алла, Мохаммед расуль алла… Я свой, мусульманин, моджахед…

– Да ну? – ухмыльнулся Краб и мастерским ударом отправил добычу в бессознательное состояние как минимум на четверть часа. Поскольку точно известно, что Бадруддин – один из Джинновых атаманов, иного обращения пленник и не заслуживал.

Судя по результатам беглого обыска, оружия у вырубленного не оказалось. Окончательно установив этот радостный факт, Краб с помощью длинного куска веревки сноровисто присоединил запястья пленника к лодыжкам, повернул его голову так, чтобы, упаси господи, не задохся – и высунулся посмотреть, как обстоят дела у остальных.