Четвертый рубин

Ноги вязли в липкой вонючей грязи, на плечи давила тяжесть стальных доспехов с золотой насечкой – королевских. Вокруг валялись тела, одни – в столь же богатой броне, другие – в лохмотьях, перетянутых кожаными ремнями. Спереди наступал рыцарь в шлеме с плюмажем и пурпурном плаще, замахиваясь боевым топором, а Джек поднимал щит, надетый на левую руку, чтобы отвести удар.

Ну, не совсем так. Джек не распоряжался ни щитом, ни даже собственным телом, закованным в лязгающие стальные доспехи. И то и другое принадлежало какому-то полоумному и непоседливому монарху, что носил рубин в прошлом, куда угодил Джек. Обычный глюк, где управлять не удаётся ничем, даже собственным голосом.

Рыцарь замахнулся снова, выкрикивая что-то по-французски, и ему ответил кто-то другой. Джек разобрал лишь слово «дюк» в конце фразы. Наблюдая, как его правая рука пытается ткнуть мечом рыцаря в плаще, но встречает чужой щит, он вспомнил, что «дюк» означает «герцог». Что ж, растём, это уже лучше, чем спятивший часовщик-поджигатель. Но почему снова француз?

Справа донёсся голос. Полоумный монарх обернулся. Какой-то бородатый коротышка размахивал мечом в гуще схватки, что-то крича своему королю с сильным валлийским акцентом, так что Джек не мог разобрать ни единого слова. Когда перед глазами вновь оказался француз, топор был уже над самой головой и рука со щитом к нему не успевала. Джек инстинктивно отпрыгнул в сторону. Зря. Кроссовки вмиг утонули в жидкой грязи, серый леденящий холод пополз вверх по мокрым джинсам. Его собственным, не королевским.

Выйдя из позиции наблюдателя, он завяз в глюке, и на сей раз на выручку никто не придёт. Дыхание перехватило… хотя какое там дыхание – всё происходило только лишь в сознании. Глюк. Как там учил профессор? Думай о выходе, да. Джек оглянулся по сторонам. Вокруг кипит битва – лязг стали, крики раненых и умирающих. Только теперь до него дошёл весь ужас положения. Куда тут выходить? Он и так снаружи!

Между тем топор французского герцога попал в цель. Золотая королевская корона, припаянная к шлему, раскололась, и рубин валялся в грязи рядом с упавшим владельцем. Косноязычный бородач снова что-то выкрикнул и кинулся на герцога, выставив до смешного коротенький меч – наверное, самый маленький на свете. Француз отбросил нападавшего пинком как надоедливую муху, почти не обратив внимания. Джек тоже мало интересовался валлийцем, взгляд его был устремлён на рубин. Спасти великолепный камень из этой мерзкой грязи – во что бы то ни стало!

Герцог, должно быть, разделял его чувства. Король застонал, пытаясь подняться на колени, но француз даже не стал пользоваться своим преимуществом, чтобы закрепить победу. Он отбросил топор и бросился к рубину. У Джека дрогнуло сердце.