Четвертое правило семьи Райс

Голос его дрожал – то ли от нетерпения, то ли он напряжения.

– Готова, – ответила я.

Джей кивнул, после чего, пристроив артефакт на мозаичную плиту, взялся за ритуальный кинжал.

Сначала была кровь из пореза на его левой руке… Затем – Высшая некромантская магия. Мощнейшее заклинание, срывавшее оковы времени…

Уверена, оно возвращало Джея, как проводника, к тому самому моменту, когда прозвучало заклинание Офина, которое некромант теперь пытался нейтрализовать.

Признаюсь, я даже засмотрелась… Залюбовалась им, но не как мужчиной – избавь меня Трехликий от подобной участи! – а магом, достигшим невероятных, даже запредельных высот своего мастерства.

Потому что я давно уже потеряла нить происходящего. Запуталась в сложнейших заклинаниях, одно за другим срывавшихся с рук и из уст Джея Виллара, опутывая и его, и артефакт невероятно мастерскими плетениями.

Все, что мне оставалось, – терпеливо дожидаться, когда мой бывший жених и учитель подаст знак, чтобы я передала ему силу Искры.

И через несколько минут это произошло.

Не поворачивая головы, Джей протянул в мою сторону руку. Тогда-то я сжала ладонь Ярры, своей новой и верной подруги, подумав, что она заслужила стать частью происходящего.

Затем обратилась к Искре, пробуждая ее магию, прося у нее о помощи, после чего прикоснулась к ладони некроманта.

Зарево!

Поток болезненно-яркого света, вырвавшийся вверх из рук Джея…

Пространство вокруг нас содрогнулось, а затем раздался оглушительный скрежет – мне показалось, будто бы таким образом поворачивались шестеренки времени.

Площадь за нашей спиной пришла в движение. Люди ахнули и отшатнулись. Но тут мне пришлось зажмуриться, потому что исходящий от Джея и артефакта свет был настолько ярким, что слепил глаза.

Не помогло – казалось, этот свет проникал внутрь даже сквозь сжатые веки. Единственное, продолжалось это всего лишь несколько секунд, и, когда я открыла глаза, свет, а заодно и скрежет уже исчезли.

Не только это – от артефакта на подушке осталась лишь золотая цепь, тогда как сам камень превратился в… прах.

В мелкую серую пыль, лежащую на бархате.

Тут над нашими головами пролетел любопытный дракон, и порыв ветра, поднятый его крыльями, сдул эту пыль, развеяв ее в вечернем воздухе Аэстри.

Повисла давящая тишина. Джей глядел перед собой на то, что осталось от артефакта, и молчал. Застыл, словно впал в прострацию.

– «Сердца Центина» больше нет, – наконец раздался его скрипучий голос. – Но он выполнил свое предназначение. Точно так же, как и я.

Площадь заволновалась. Никто не понимал, что произошло – и произошло ли хоть что-нибудь.

Вот и я тоже… Все еще чувствуя в теле отзвуки магии Искры, я не могла разобрать, что на самом деле случилось.