Четвертое крыло

 — Твоя мать убила мою семью.

Она рванулась вперед, широко размахнулась, а я быстро уклонилась, развернувшись с поднятыми руками. Мы повторили это еще несколько раз, а потом я нанесла серию ударов. И стала думать, что мой план может сработать.

Она низко зарычала, снова промахнувшись, и подпрыгнула, целясь ногой мне в голову. Я легко пригнулась, но противница приземлилась и ударила другой ногой прямо в грудь, отбросив меня назад.

Я с глухим звуком ударилась о маты. И она тут же оказалась надо мной, все произошло охренительно быстро.

— Ты не должна использовать магию, Имоджен! — крикнул Даин."

"Тем временем Имоджен изо всех сил пыталась убить меня.

Она нависла надо мной, глядя глаза в глаза, и улыбнулась, а я почувствовала, как что-то твердое скользит по моим ребрам. Но затем ее улыбка исчезла. Мы обе посмотрели вниз, и я заметила блеск кинжала, убираемого в ножны.

Броня только что спасла мне жизнь. Спасибо, Мира.

На секунду лицо Имоджен исказилось в замешательстве. Всего на секунду. Этого хватило, чтобы я ударила противницу кулаком в щеку и выкатилась из-под нее.

Моя рука взорвалась болью, хотя я была уверена, что сжала кулак правильно. Но я постаралась отбросить это ощущение, когда мы обе встали на ноги.

— Что это за доспехи? — спросила она, глядя на мои ребра, пока мы кружили напротив друг друга.

— Мои, — я пригнулась и увернулась.

Она снова стала приближаться ко мне, но теперь ее движения выглядели размытыми.

— Имоджен! — закричал Эметтерио. — Еще раз так сделаешь, и я…

На этот раз я увернулась неудачно. Противница поймала меня и швырнула на пол. Я ударилась лицом о мат, колено Имоджен уперлось в мою спину, и она стала заламывать мне руку.

— Сдавайся! — закричала она.

Я не могла. Если я уступлю в первый же день, то что случится во второй?

— Нет!

Мне, видимо, так же как и Тайнану, не хватало здравого смысла, только была я гораздо более хрупкой.

Она заломила мою руку еще сильнее, и боль поглотила все мысли, затуманила зрение. Я закричала, чувствуя, как связки растягиваются, рвутся, а затем лопаются.

— Сдавайся, Вайолет! — кричал Даин.

— Сдавайся! — потребовала Имоджен.

Задыхаясь от веса на моей спине, я повернула лицо в сторону. Она вывернула мое плечо, и боль поглотила меня.

— Она сдается, — сказал Эметтерио. — Довольно.

А я снова услышала жуткий звук ломающейся кости — на этот раз моей.

Глава 6

По моему мнению, восстановление — самая ценная печать из всех, что бывают у всадников. Однако мы не можем позволить себе расслабляться, даже находясь рядом с обладателем подобной силы. Ведь восстановители встречаются редко, а раненые — часто.

Майор Фредерикс.