Четверо за спиной

Срок маленький, две-три недели. Наркоз был щадящий, малыш – настоящий боец… Вы не знали? – врач смотрит на мое ошалевшее лицо, - тогда – поздравляю.

- С-спасибо, - на автомате произношу я, стараясь переварить обрушившуюся на меня лавину. Уши словно заложило ватой, я не в состоянии воспринимать сейчас еще какую-либо информацию.

- Я позову вашего мужа. Сейчас и обрадуете, - доносится до меня издалека.

- Кого? – врач явно подумал, что я резко отупела от наркоза.

- Вас же в больницу муж привез?

Не дождавшись от моей выпученной физиономии ответа, медперсонал выходит, а вместо них в палату вваливается Ворон. В военных штанах и куртке защитного цвета, едва прикрытых халатом. Седые волосы ежиком, темные глаза внимательно сканируют пространство и мое лицо.

- Ну как ты, пропажа?

- Да вот, сказали на 20 грамм похудела, - криво улыбаюсь я.

- Мне сообщили, что операция прошла удачно. Уже скачешь вовсю?

- Ага. С песнями и плясками.

- Так, это все лирика. У меня мало времени, поэтому слушай сюда: операцию я оплатил, через два дня тебя выпишут. У меня через час самолет, поэтому забрать тебя из больницы не смогу.

- Да я и не…

- Не перебивай. Спрашивать, где ты была – не буду, не мое дело. Но у тебя наверняка начнутся проблемы с доказыванием что ты – это ты. И в ментовке, и в банке, и еще хрен знает где. Вот тебе телефон человечка, позвонишь – скажешь, что от меня. Он поможет. Кивни, если поняла?

- Гав, - киваю я.

- Раз ерничаешь, значит все норм. Я погнал, не пропадай больше. Без тебя было тухло, - меня хлопают по плечу и за моим спасителем закрывается дверь."

"Устало падаю на подушку. Со всеми этими событиями надо переспать. Иначе у меня лопнет голова. Буду думать завтра, сегодня я на больничном. Положила ладонь на свой живот, в котором в противовес всем прогнозам, билась маленькая жизнь, и уснула.

Глава 34.

Меня действительно выписали через два дня, назначив жидкую или протертую диету. В полиции пришлось разыграть потерю памяти. Мол, шла на фестиваль реконструкторов, в глазах потемнело и больше ничего не помню. Очнулась на том же месте. По глазам следователя было видно, что мне ни грамма не верят. Но мне было как-то все равно. Судмедэкспертиза зафиксировала на теле следы многочисленных заживших порезов, в том числе шрам на плече, который мне оставил один из неудачливых убийц. После чего меня признали жертвой неизвестного нападения и отпустили восвояси.

С работой было хуже: меня уволили за прогулы. Как не удивительно, я восприняла эту новость спокойно. Для меня вообще текущие проблемы вдруг стали малозначительными, по сравнению с тем чудом, которое случилось во мне. Я часто разговаривала с малышом, стараясь не подпускать близко ту тоску, которая ходила кругами и скалила зубы, надеясь вцепиться мне в загривок.