Дело чести

 — Что все это значит, родной мой?

— Ты понымай по-чеченски? — удивился Рашид.

— Обязательно, — подтвердил я. — А еще я хорошо стреляю. Если ты думаешь, что успеешь увернуться от моей пули, — на здоровье. Как только я почувствую, что пахнет какой-нибудь пакостью, я мгновенно пристрелю тебя. Доступно?

— Все будит нищтяк, братуха! — с каким-то нездоровым весельем воскликнул мой пленник — в этот момент я начал сворачивать на проселок, ведущий к грунтовке, змеившейся над обрывистым берегом Терека. Мне показалось, что этот маневр странным образом вдохновил Рашида.

— Ты чего обрадовался? — недоверчиво буркнул я. — Пятнадцать минут — и мы в гостях у казаков. Не думаю, что они буду тебе страшно рады.

— Все бутит нищтяк, — повторил Рашид и вдруг, побелев лицом, заорал:

— Стаят! Там мина!

От неожиданности я резко даванул на тормоз — машина клюнула носом и встала как вкопанная. Автомат с моих колен слетел на пол. Рашид, воспользовавшись заминкой, здоровенной змеей ввинтился в окно и выпал наружу.

— Ну и дурак же ты, Рашид! — сердито крикнул я, подхватывая оружие и открывая дверь. — Я тебе за такие штуки — жопу на барабан!

Выскочив на дорогу, я несколько секунд полюбовался, как мой стреноженный штанами пленник перемещается гигантскими прыжками к кустам, смешно вихляя волосатой задницей. Вот бы видеокамеру сюда! Шагнул было вслед за ним, чтобы догнать и примерно наказать негодяя. И замер, уловив периферийным зрением подозрительное шевеление в «зеленке» справа по ходу движения. Сознание еще не успело четко сформулировать ситуацию, а руки и ноги уже делали свое дело — не заметив как, я оказался за баранкой, с полоборота завел двигатель и рванул машину с места.

Из кустов, страшно шипя, стартовали две «Мухи» — чудом не задев корму джипа, пролетели метров пятьдесят и оглушительно шарахнули, напоровшись на чахлые кусты слева от дороги. Я придавил педаль акселератора до самого пола, пригнулся к баранке и смиренно попросил железяку:

— Выноси, родимая!

Сзади одновременно заработали минимум полтора десятка стволов — не скажу, чтобы пули вжикали над головой, но ощущение не из приятных. Спасли высокие заросли акаций, тянувшиеся вдоль дороги, — через несколько десятков метров джип выпал из сектора обстрела засадной группы и аки птица понесся по грунтовке, петлявшей над самым обрывом. Через пять минут бешеной гонки я понял, что нас никто не преследует и долгожданное избавление совсем рядом — рукой подать. Сердце бешено колотилось о грудную клетку, заходясь в радостном предчувствии: еще немного, совсем чуть-чуть…

— И хер вы видели команду Сыча! — заорал я от избытка чувств. — Хер!

— Они клизму ставили, — совсем некстати забормотал сзади несколько очухавшийся Лось.