Честь горца

"

"– Желаешь, чтобы меня вздернули чистую и прилично одетую? – не удержавшись, спросила она, когда Ансель подошел, развязал связанные за спиной руки и взял за руку.

– Ты действительно выглядишь просто неприлично, Жизель. Никому не хочется неприятно поразить бедняг, которые будут присутствовать при твоей казни, так ведь?

– Знаю одного, кому захотелось бы, – пробурчала она, когда Ансель потянул ее из зала.

Жизель не понимала, что происходит, и это пугало. Если Вашель собрался ее казнить, зачем ее мыть и переодевать? Его объяснение она пропустила мимо ушей. Это была шутка ненормального. Как ей показалось, для него существовала только одна причина, чтобы вымыть и одеть ее женщиной. Вашелю, как и его кузену, наверное, нравилось насиловать женщин.

Ансель привел ее в огромную спальню, где, схватив за руку робкую служанку, на ухо прошептал ей какие-то инструкции, и вытолкал ее за дверь. Не обращая внимания на статного молчаливого Анселя, стоявшего на страже, Жизель огляделась. Ситуация все больше пугала ее. Эта комната принадлежала мужчине. Не хотелось об этом думать, но здесь обитал Вашель.

На один миг показалось, что он предложит ей свободу в обмен на благосклонность. Затем она напомнила себе, с кем имеет дело. Обхватив себя руками за плечи, Жизель попыталась сдержать внутреннюю дрожь, но ничто не могло прогнать ледяной страх. Если она правильно поняла Вашеля, то он собрался попользоваться ею, пока она не надоест. Потом он казнит ее за убийство кузена. Это совсем неплохой способ – завести наложницу, а потом освободиться от нее, когда она надоест. Для Вашеля простота комбинации наверняка будет иметь особый вкус.

Жизель снова оглядела комнату. Вырваться отсюда не было возможности. С одного взгляда стало понятно, что от Анселя она не дождется помощи. Вашель предупредил, что тот ему целиком предан, и она не сомневалась: это правда. Единственной надеждой оставался побег, потому что Вашель не пощадит ее. Если не случится чуда, она останется в заточении. От отчаяния захотелось разреветься, но Жизель пересилила себя, чтобы Ансель не увидел ее слабости. Он обязательно расскажет об этом Вашелю, а тот будет смаковать ее горе и страх.

Когда внесли ванну и стали наливать в нее горячую воду, она пригляделась к служанкам. Все они были молчаливы, покорны и держали головы опущенными. Они были бесполезны для нее. Наполнив ванну, служанки выскользнули из комнаты, Жизель обернулась и посмотрела на Анселя.

– Мог бы по крайней мере повернуться спиной, – резко заявила она. От страха терпение быстро иссякло. Он что, тоже собирается насладиться ею?

– Нет, – просипел тот.

– Перед тобой я не стану раздеваться.

– Раздевайтесь, или я сам вас раздену.

Жизель заколебалась на мгновение, и Ансель сделал шаг в ее сторону.