Честь горца

Вот в этом и есть главная причина. Ей нужно освоить все приемы, уметь применять их. И Жизель твердо решила, что завтра она снова обязательно начнет заниматься."

"– Теперь не сомневаешься? – спросил Найджел, вытаскивая свой меч и вставая перед ней.

Он чуть не засмеялся, когда посмотрел на нее. Она стояла лицом к нему, удерживая в маленьких руках тяжелый меч решительно и с завидной сноровкой. Лицо было упрямым и серьезным, но выражение суровости смягчалось, когда она начинала покусывать пухленькую нижнюю губу. Найджел знал, что Жизель разозлится и, наверное, жутко обидится, если он скажет ей, что она – восхитительна. В ее внешности не чувствовалось никакой угрозы, и если она как следует научится владеть мечом, такое сочетание обеспечит ей неоценимое преимущество.

– Не сомневаюсь, – ответила она и пошла на него.

– Вчера вечером ты не была такой уверенной, – напомнил он ей, когда они осторожно пошли кругами, изготовившись к бою.

– То была минутная слабость.

– Итак, убить или быть убитой?

– Дево загнали меня в угол.

– Я надеялся, что ты в конце концов поймешь эту горькую правду. Самое главное для приличной девушки быть милосердной, но когда она оказывается лицом к лицу с мужчинами, которые хотят ей смерти, милосердие превращается в слабость, в недостаток, которым мужчины пользуются как преимуществом.

– Знаю. Поэтому у меня не дрогнет ни рука, ни сердце.

– Умница! Только не забывай: сейчас будешь сражаться не с ними, – усмехнувшись, добавил он, а потом нанес удар.

Жизель легко блокировала его, и он удовлетворенно кивнул. Какое-то время сдерживался и не давал себе воли. Его удивляло, как быстро она освоилась с приемами. Найджел вдруг сообразил, что она не только решила продолжать учиться, но и поняла, что сражаться означает выжить, что меч можно использовать для убийства, а можно и для того, чтобы остаться в живых. Вряд ли Жизель когда-нибудь станет по-настоящему сильным бойцом, в особенности если для схватки потребуется сверхвыносливость, но у нее хватит стойкости и решимости сражаться как следует.

Он усилил натиск. Каждый раз, блокируя ее выпад, он объяснял, как он это сделал и что можно противопоставить ему в ответ. Она начала уставать, и он понял, что ее нужно учить коварству и хитрости, чтобы восполнить нехватку сил. На ее стороне должны быть искусство вести бой, острый глаз и ум. Тогда она победит. В ней сил было больше, чем в любой другой женщине, но она все равно никогда не сможет выдержать длинную, тяжелую схватку со взрослым мужчиной, если не будет иметь в рукаве какой-нибудь хитрый финт.

Она чертыхнулась, когда Найджел снова выбил у нее меч.

– Может, я ошибаюсь, и на самом деле существуют вещи, для которых женщины не предназначены.

– Нет, милая, ты все делаешь лучше, чем можно себе представить.