Одиночка. Честь и кровь: Жизнь сильнее смерти. Честь и кровь. Кровавая вира

– На то и расчет был, – усмехнулся в ответ Елисей, отлично понимая, что лучше этого лошадника никто подходящих коней для дальней дороги не подберет.

* * *В Петербург карета вкатила примерно в середине дня. Приметив городового у заставы, Любим подогнал к нему транспорт и, свесившись с козел, спросил, широко улыбаясь:

– Служивый, не подскажешь, как до речки Мойки доехать?

– Ты откель такой взялся, красавец, – лениво поинтересовался городовой, окидывая взглядом парня и сидящего рядом с ним Реваза.

– С Кавказу. Князя Халзанова везу, – продолжая улыбаться, поведал Любим. – Так куда ехать?

– Чего? Какого еще князя? – не поверил городовой и, поднявшись, вразвалочку подошел к дверям кареты. – Тут, что ли, твой князь? Ну, давай глянем, – с ехидной усмешкой добавил он, берясь за ручку двери.

Но едва только дверца приоткрылась, как чья-то сильная рука ухватила его за грудки и рывком втянула в салон. В подбородок городовому уперлось что-то, очень напоминавшее ствол пистолета, и тихий голос зловеще прошипел:

– Тебе, болван, жить надоело?

– Это самое, прощенья просим, – разом осипшим голосом прохрипел городовой, чувствуя, как в спину тоже уперлось что-то очень острое. Это Реваз, спрыгнув с козел, упер свой кинжал ему под лопатку. – Тут давеча тоже мошенник один графом назвался, вот нас и предупредили, значит, у всех приезжих бумаги проверять.

– Что, тоже с Кавказа? – иронично уточнил сидевший перед ним молодой парень, сверкнув холодными словно сапфиры глазами."

"– Никак нет. Осмелюсь доложить, из-за границы приехавши были, – снова захрипел городовой, чувствуя, как по спине полк ледяных мурашей от этого взгляда марширует.

– Добре, – чуть подумав, усмехнулся парень. – Отпусти его, Реваз, – обратился он к стоявшему за спиной городового горцу. – Стой тут, – приказал он окончательно струхнувшему служаке. – Сейчас бумаги достану, – сообщил парень, ловко убирая пистолет необычного вида в кобуру.

– Не извольте беспокоиться, ваше сиятельство, – тут же засуетился городовой, потирая шею. – Тут по ухваткам видать, что с Кавказу. Видел я чертей ваших. Ох, и ловки с оружием, – восхищенно закончил он, опасливо косясь на стоящего рядом горца. – А на Мойку выехать не сложно. Ось по этой улице поезжайте. Все прямо да прямо, а после, на Сенной площади вправо берите. До самой Невской першпективы. А там уж влево и до самой Мойки.

– Благодарствую, братец, – усмехнулся парень, пальцами перебрасывая ему алтын. – Любим, дорогу запомнил?

– Само собой, княже. Не сложнее, чем от станицы до Пятигорска доехать, – задорно отозвался казачок, тряхнув поводьями.

Крупные, сытые кони навалились на постромки, и карета резво покатила в нужную сторону.