Одиночка. Честь и кровь: Жизнь сильнее смерти. Честь и кровь. Кровавая вира

Быстро переодевшись в парадную черкеску, Елисей спустился на первый этаж и, войдя в названную залу, с ходу принялся настороженно рассматривать крепкого, моложавого полковника с усталым, словно изможденным лицом.

– Извольте, Максим Алексеевич. Это и есть князь Халзанов. Тот самый, что приметил и освободил вашу Катеньку, – отрекомендовал Тимофеев, указывая полковнику на парня.

– Сударь, не знаю, как вас и благодарить, – с жаром пожимая парню руку, высказался полковник. – Вы всем нам жизни спасли. И мне, и жене, и дочке.

– Господь с вами, Максим Алексеевич, – принялся отговариваться Елисей. – Знал бы сразу, что девочку украли, прямо на улице бы и отбил.

– Я ваш должник, князь. По гроб жизни. Если только чем-то смогу, только скажите, – не унимался полковник.

– Да будет вам, сударь, – едва ли не силой усаживая его на стул, отозвался Елисей. – Я людоловов всегда терпеть не мог. Только об одном попрошу. Никому обо мне не рассказывайте.

– Но почему? – тут же вскинулся полковник.

– После дуэли, опальный я, – смутился парень.

– Ах да. Дуэль, – понимающе закивал полковник. – Но ежели позволите, я бы попробовал ходатайствовать перед его высокопревосходительством за вас. Такое дело не должно остаться забытым.

– Уж поверьте, не останется, – рассмеялся Тимофеев.

– Это точно. В нашем богоспасаемом государстве ни одно благое дело безнаказанным не остается, – съехидничал в ответ Елисей.

– Князь! Язык ваш, враг ваш, – укоризненно покачал контрразведчик головой.

– Простите, князь, вы это серьезно, насчет сохранения вашего инкогнито в данном деле? – растерянно уточнил полковник.

– Более чем, Максим Алексеевич. Более чем, – вступил в разговор Тимофеев. – Я пошел навстречу вашему желанию пожать руку человеку, спасшему вашу дочь, и в свою очередь надеюсь на ваше честное слово о молчании о том, кто именно это сделал. Поясню. Князь давно и плодотворно оказывает помощь моей службе, как и мы в свою очередь поддерживаем его школу. К тому же во время освобождения Катеньки в руки князю попал иностранный лазутчик. Дело, как вы понимаете, еще только начинается, и для пущего толку нам требуется сохранение инкогнито главных действующих лиц данной акции. Надеюсь, я могу рассчитывать на вас?

– Безусловно, – сообразив, что тут все не так просто, решительно кивнул полковник. – Клянусь честью, об участии в этом деле князя никто не узнает.

– Благодарю вас, Максим Алексеевич, – улыбнулся Елисей."

"– Что ж, позвольте откланяться, господа. Нужно поспешить домой. Катеньку доктор осматривал. Хочу узнать, все ли в порядке, – смущенно признался полковник.

– Конечно. Рад был знакомству, Максим Алексеевич, – закивал Елисей.

Хозяин дома проводил гостя до порога и, вернувшись, устало присел к столу.