Одиночка. Честь и кровь: Жизнь сильнее смерти. Честь и кровь. Кровавая вира

– Ну, чисто змея, – растерянно охнул кто-то из бандитов.

Хват взмахнул рукой, направляя гирьку ему в голову, и тут же сменил направление движения, норовя попасть по колену. Поднырнув под его руку, Елисей резко ударил сложенными в щепоть пальцами в подмышечную впадину левой рукой и тут же правой хлестнул бандита по горлу. Цепочка кистеня обвилась о его предплечье, а бандит, схватившись за горло, тихо захрипел. Не давая ему очухаться, парень проскользнул сбоку от противника и нанес еще один удар. Ребром ладони наотмашь. В основание черепа."

"В пыльные лопухи Хват завалился уже мертвым. Сделав еще один шаг, Елисей развернулся к оставшимся бандитам, одновременно снова выхватывая пистолет и беря их на прицел.

– Еще кто хочет, или говорить станете? – поинтересовался он, зло усмехаясь.

– А ежели скажем, что нам с того? – мрачно уточнил Хлыст, поглядывая на тело приятеля.

– Фраер с тобой договаривался? – чуть подумав, спросил парень.

– Угу.

– Тогда идешь в трактир и говоришь ему, что добычу взяли. И ведешь сюда. Что сказать, сам придумаешь, не маленький. Тут я его спеленаю, а вы сможете уйти. И учти, ежели окажется, что не того привел, или еще чего удумаешь, считай, что контрразведка уже у тебя на холке висит. Все понял?

– Выходит, как видаки мы тебе не нужны? – задумчиво уточнил Хлыст.

– Без вас обойдусь, – фыркнул парень.

– Это как? – не удержавшись, поинтересовался бандит.

– Из спины ремней нарежу, все расскажет, – зловеще пообещал парень, и вся банда вздрогнула от злости, прозвучавшей в его голосе.

– Видать, правду про вас бают, что звери вы, – растерянно проворчал Хлыст, оглядываясь на подельников.

– Не мы такие, жизнь такая, – фыркнул в ответ Елисей, качнув пистолетом. – Ты один в трактир пойдешь. Остальные тут тебя подождут. И запомни, ежели что, я их тут всех кончу. Воздух чище будет.

– Связался я с тобой, – зло огрызнулся Хлыст.

– Сами напросились, – пожал парень плечами.

– Ладно. Дай слово, что племяша при любом раскладе отпустишь, тогда приведу тебе фраера, – неожиданно потребовал Хлыст, кивая на связанного воришку. – Со мной что хочешь делай. Его отпусти. Один он у меня остался. Родная кровь. Больше и нет никого.

– Приведешь фраера, всех отпущу. Мне лишняя кровь ни к чему, – отмахнулся Елисей. – Все равно скоро попадетесь. Не я, так другие пристрелят.

– Это за что же? – дружно охнули бандиты.

– От же дурачье?! – рассмеялся Елисей. – Время-то военное. А с ворами в таких случаях – по законам военного времени. К стенке, и вся недолга. Это, господа бандиты, Кавказ. Граница, вон она, за перевалом. И тут война всегда идет.

– Хлыст, как так-то? Ты ж говорил, спокойно тут, – раздался едва не плачущий голос лежащего на земле воришки.