Гувернантка для чешуйчатой прелести. Переполох в драконьем поместье

Ему так и хотелось спросить: и это все? Но в конце концов, это же именно он хозяин этого поместья, а она его наемная работница, а потому:

– И это все, что вы можете мне сказать?

Ох, как же тонко она ему дерзила. Прекрасно знала, что выбора-то у него особо нет. Второй раз запрос на гувернантку для подставного лица у герцога Трудо вряд ли пройдет, потому что между няней и гувернанткой действительно имелась целая пропасть. Да и не собирался он расторгать договор.

И все же, все же, все же…

Обозначив тот факт, что маркиза по документам его подданная, герцог щедро разрешил ей распорядиться остатками некогда шикарного наследства. Свой глаз на эти территории он уже положил. Хотел попробовать разбить там виноградники, о чем вслух, естественно, не сказал. Но предложение о выкупе сделал.

Впрочем, умолчал и еще об одном: наместником на эти земли был назначен брат короля. Именно он так яро постарался, чтобы возвращаться девушке оказалось некуда.

Этот факт отчего-то сильно зацепил Дэйривза.

– И все? Вы не выставите ее за порог? Она же самозванка! – искренне возмущался месье Фолотье.

Аларию герцог отпустил, но вместо нее в кабинет вернулся управляющий.

– Не самозванка. Договор на трудоустройство она подписала своим именем. Леди Алария Харфурд, – напомнил генерал. – Достань-ка мне ее родословную, рекомендательное письмо из академии и в принципе все, что удастся.

– Но мой генерал!.. – воскликнул секретарь почти обиженно.

– Она слукавила, я тоже – заметь, по твоему совету. Минус на минус выходит плюс, так что мы квиты. И потом мать о ней хорошо отзывается, а это чего-то да стоит… – скорее размышлял хозяин поместья, нежели говорил с подчиненным.

– Ее Светлейшество за… эту леди? – последнее словосочетание управляющим было практически выплюнуто.

Но, отыскав на себе мрачный взгляд генерала, месье Ингар Фолотье отринул личные эмоции, вытянулся в струнку, упер взгляд в стенку и по-военному строго отчеканил:

– Я могу идти, Ваше Светлейшество?

– Можешь, – сухо ответил герцог Трудо. – И, Ингар, каждого следует судить по поступкам – не этому ли ты меня учил?

Старый учитель на миг потупил взгляд, но секунду спустя вновь выпрямил спину. Учил, да. Но тогда на его воспитанника еще не покушались стаями образцовые стервы и мошенницы, желающие оторвать от раненого дракона кусок побольше.

Этих дам старый вояка готов был отстреливать из ружья лично. Потому что слишком глубокими были те раны – не чета разбитым коленкам. И слишком трудно их оказалось штопать.

Несмотря на все мои опасения, до самой ночи меня больше никто не трогал. Отчего-то в воздухе так и витало назревающее напряжение. Но, кроме меня, его будто никто не замечал.