Замужем за Черным Властелином, или Божественные каникулы

Ну вот, долги всегда приходится платить — русалка свое не упустит! На меня, не откладывая в долгий ящик, предъявила свои права арианэ:

— Ис-сполни с-свое обещание!

Неприятное начало пути. Можно сказать — даже очень. Пришлось исполнять клятву: дать поцеловать себя вновь.

Я, конечно, мог бы попробовать поиграться с данным словом — конкретные сроки-то мы не оговаривали, да и вроде «крыша» наверху в виде Илонки появилась. Впору начинать заниматься буквоедством! Но Кондрад заранее отсоветовал. Сказал — за клятвами тут следят даже не сами боги, а какие-то особенные силы, присущие именно этому миру. Предупредил: дескать, если они сочтут, что нарушил… пробудится такое… милосердней сразу зарезаться тупым ножом или топором самому себе голову оттяпать, потому что к такому прокаженному никто не подойдет по доброй воле. Мир его отторгает. Пища не усваивается, вода становится ядом, земля рушится под ногами… Жуть, в общем…

Ладно, «в морг так в морг»! Подавляя в себе все отрицательные человеческие эмоции, дал прикоснуться к своим губам чуждому существу.

Какая разница с Иалоной! Поцелуи молодой королевы — ласковый шелк, мягче щечки ребенка, чистый мед с запахом душистых спелых яблок, обещание рая!

Поцелуй арианэ — убийственный яд. Честное слово, будто меня гюрза или гадюка укусила!

Холод, мертвящий жалящий холод потек по венам, выстуживая дыхание, замораживая душу. Несколько мгновений боялся — сейчас остановится сердце! Рухнул оземь и оттуда смотрел на мир, словно одурманенный тяжелым наркозом. С закатывающимися под лоб глазами, совершенно не контролируя окружающую обстановку.

Стало легче только после того, как Кондрад сунул мне под нос какую-то вонючую алхимическую дрянь. Оу, что вам сказать… нашатырь рядом с этой гадостью нервно курит в сторонке. Мертвого подымет.

— Вы же вроде палеными перьями в чувство приводите? — пробурчал я.

— Ты хочешь, чтобы я у горгула перышко одолжил? — насмешливо спросил зять, скрывая в глазах тревогу.

— Я не настолько садист, — признался я, с трудом поднимаясь. — Чтобы его поджечь — леса не хватит. А я за озеленение и вообще… от природы скромный.

Вот так, нетвердо держась на ногах и покачиваясь, как пьяный, я с посторонней помощью доплелся до брички. Там меня в виду нетрудо-и небоеспособности уложили под слой сена. Еще и сверху поленом приперли. Здоровенным.

Заботливые, млин! Это чтобы я, подобно умертвию, не восстал по дороге? Эдакий зомби с криком: «Йаду мне, йаду! Два раза — и не мешать!» И ручками — цап-цап! Колоритное зрелище в моем исполнении. Интересно, у них аутодафе существует?

Русалку посадили рядом. Видимо, решили: всю нечисть лучше держать в одном месте.

Время нас поджимало уже нешуточно. Мы вот-вот должны были выдвигаться, потому что начинало светать.