Черный север

Но так и не увидел ничего, кроме аур притаившихся в лесу зверей и стаи ворон, облюбовавших верхушку одной из елей.

Вороны — предвестники смерти, единственные, кто чувствовал темную энергию так же хорошо, как черные маги. Предупреждали ли они о чем-то или, наоборот, были привлечены магическим даром проезжающего мимо чужака?

Мартин вспомнил вчерашнюю громогласную ворону, пронесшуюся прямо над головой.

Паранойя или недобрый знак — в любом случае магу было о чем подумать, помимо подозрительных птиц.

Он сорвался в дорогу, рассчитывая получить что-то по-настоящему ценное. А встретил пьющего сельского мага, слова которого с большой долей вероятности могли оказаться пустышкой.

Не все, конечно. Теперь, по крайней мере, понятно, какие именно вопрoсы задавать Хоресу, у которого «все тихо, мирно, работаем».

Но что, если Биглоу говорил правду во всем?

Кому и зачем могло понадобиться заставлять черных магов покинуть гильдию? Личная месть или далеқо идущие планы?

Еще и якобы самовоспламеняющаяся бумага.

Создание такой бумаги — само по себе дело не из простых. Это либо использование рун из запретных древних фолиантов, уже давно объявленных вне закона и имеющихся только в распоряжении глав некоторых гильдий. Либо многослойное кропотливое занятие, на которое понадобилось бы потратить уйму времени, сил и энергии.

Либо у Биглоу богатая фантазия, и он придумал отличную отговорку, почему не может показать письма…

В этот момент раздался глухой хлопок, и прямо перед лицом Марта материализовался бумажный листок.

Писал Приуз.

«Что случилось? Гилберт сообщил, что от тебя нет вестей уже целые сутки».

Мартин закатил глаза.

— Мелкий стукачишко, — проворчал сквозь зубы и полез под плащ в поисках пишущих принадлежностей.

Пришлось останавливаться, чтобы написать ответ.

«Гилберт — паникер, — вывел Март на обратной стороне листа, разложив его на колене и зажав в зубах колпачок от самописного пера. — Жив-здоров. Общаюсь с местными. — Бросил взгляд на заснеженный лес и добавил: — Любуюсь природой».

Хотел уже было отправить в таком виде, но передумал, решив, что раз уж благодаря самодеятельности Поллоу Приуз написал первым, то грех этим не воспользоваться.

«Ты обещал прислать мне более подробный расклад по влиятельным лордам севера — жду, — дописал ниже. — И, будь добр, подними в архиве все, что у нас есть на Дейла Хореса. Хочу знать о нем все, вплоть до размера обуви и любимого блюда».

Март усмехнулся, представив выражение лица коллеги, когда тот получит такой ответ-задание вместо собственного подробного рассказа о том, что удалось выяснить.

И без сожалений отправил письмо.

* * *Когда Мартин вернулся на постоялый двор, Гилберт действительно не находил себе места.