Черный чемоданчик Егора Лисицы

Лев Кириллович говорил тем вечером, когда стреляли в Рябоконя, что в его вещах роются, что бритва была раскрыта и не на своем месте. Потом – порез, очевидная опасность и возможность заражения! Случаи редки, но бактерии тифа, если их ввести в открытую рану, могут прижиться. Течение болезни будет стремительным. Надрез – и кровь понесет смерть сама, легко. Более чем вероятно. Более чем! Был случай в Британии, о котором писали все газеты. Сибирская язва попала в порезы с кисточек для бритья. Споры остались на конском волосе, из которого были сделаны кисточки. В Москве год назад все обсуждали дело Бутурлина: врач заразил его уколом грязного шприца, на кону были какие-то крупные деньги по завещанию.

Никакая прислуга не обыскивала вещи Вольского, как он думал. Бритву переложили с умыслом. Положили так, чтобы человек неминуемо глубоко порезался. Вот то, что беспокоило меня, когда я смотрел на бреющихся «свинячим» способом казаков.

Шофер ЛК дремал, подтянув повыше резиновую полость. Вещи Льва Кирилловича я увидел сразу, на заднем сиденье: скатанная шинель, небольшой чемодан.

– Скажите, вы все вещи Льва Кирилловича везете, не оставили что-нибудь в Екатеринодаре?

– Нет, – заспанный шофер лез из автомобиля, открывал двери. – Ничего оставить не смог. Понимаю, что лишний багаж, но передать было некому, а ведь бросить не могу. Забрали только его бумаги, несколько господ офицеров из ставки приходили ко мне.

Бумаги. ЛК говорил про какой-то «бумажный след». Я думал, он заговаривается, но, может, речь шла о них? Ладно, увидеть бритву было важнее, и я решился на обыск. Не до правил приличия. Довольно быстро нашлась плоская синяя коробка. Надпись на крышке «Safety Razor»[6], и внутри действительно новейшая безопасная бритва фирмы «Жиллетт». Лезвие зажато двумя пластинами, порезаться им невозможно. Я покрутил в руках деревянную ручку, подумал.

– Вы же были его денщиком? Когда он сменил бритву, не знаете?"

"Но денщик не знал, бестолково совался посмотреть, вертел коробку в руках. Могли и подменить, теперь не узнать. Но можно было сделать еще кое-что. Эдмон Локар, известнейший французский криминалист, ясно вывел принцип, который мне поможет. Каждый контакт оставляет след! Аккуратно отстранив денщика, я завернул коробку с бритвой в свой шарф. Нужно снять отпечатки пальцев и с нее, и с широкой ручки моего медицинского саквояжа. Я знал, чьи отпечатки я буду искать: если это не случайный вор в поисках сильных лекарств, то кандидатур всего две. Но какой вор будет наводить тщательный порядок?

Все нужное было у меня с собой. Но, потратив почти час времени, я убедился – бесполезно! И коробку, и ручку саквояжа либо тщательно вытерли, либо преступник был в перчатках. Сейчас так холодно, что они никого не удивят, а Чекилеву положены по форме.