Пограничник. Том 5: Охота на "Черный аист"

Тем не менее рано списывать Жукова со счетов. Он будет трепыхаться сколько сможет.

Жуков вернулся к девушке, которая уже немножко успокоилась.

Светлана жалобно уставилась на капитана. Потом столь же жалобно проговорила:

— Пожалуйста, хватит меня мучать и оскорблять. Просто отпустите меня. Я ничего не понимаю. Я не знаю, чего вы от меня хотите…

— Светлана Николаевна, — начал Жуков, — вы и правда совершенно не понимаете сложности ситуации. Три солдата сцепились и чуть не поубивали один другого. Главная наша версия — что это произошло из-за ревности. Ревности к какой-то женщине.

— Говорите за себя, товарищ капитан, — вклинился я, — это ваша версия. Не общая.

— Селихов, — обернулся Жуков, — не встревайте.

— Не передергивайте. Не морочьте ей голову, — ответил я.

— Сели… — Заикнулся было Жуков, но Таран его перебил:

— Товарищ Капитан, — он указал на свои наручные часы, — время. Лишь час.

Капитан танкистов выдохнул.

— Хорошо. Это моя версия. И версия заключается в том, что эти Селихов с Уткиным сцепились с Симоновым. Сцепились из-за женщины. Главное — разобраться — кто все это начал, Симонов или Селихов с Уткиным. Поймите, что от вашего ответа будет зависеть судьба и жизнь человека. А может быть и нескольких человек. Потому прошу вас сказать честно. Вас никто не осудит и не будет порицать. Это лично я вам обещаю.

Светлана ничего не ответила Жукову. Только нервно сглотнула.

— Так вот, — продолжил капитан, — С кем у вас были отношения? С Селиховым? Уткиным? С кем?

Вместо ответа Светлана сделала бровки домиком, а потом просто расплакалась. Жуков отвернулся от нее, зло подбоченился и сухо сплюнул.

— Отпустите гражданку Пуганькову, капитан Жуков, — проговорил холодно я.

Капитан обернулся ко мне. Взгляд его был полон неприязни. Но Жуков все же ничего не сказал.

— Отпустите Пуганькову, — Поддержал меня Таран.

— Вы свободны, Светлана Николаевна.

Света торопливо встала и столь же торопливо пошла на выход, когда распахнула дверь, все мы вдруг увидели, что за ней стоит сержант Фролов.

Он замер на месте с занесенной, чтобы постучаться в дверь, рукой. Светлана тоже встала перед ним, как вкопанная. Уставилась на него удивленным взглядом.

Фролов прочистил горло, отстранился, чтобы пропустить Пуганькову, а потом встал чуть не «смирно» и спросил:

— Разрешите войти, товарищ старший лейтенант?

— Для чего? — Осведомился Жуков, опередив Тарана.

— Хочу кое-что сказать, по произошедшему ЧП, товарищ капитан.

Пуганькова, словно бы очухавшись, попыталась выйти и вздрогнула, когда Жуков ее окликнул:

— Задержитесь, пожалуйста, если вам несложно, Светлана Николаевна.

Девушка обернулась, состроив страдальческую мину.