Чернокнижники

И эта почти неразличимая фигура двинулась вдоль стены в сторону Савельева, на ходу туманный двойник поднял ногу, чуть наклонился, ловко выхватил из-за голенища внушительный кривой нож…

Конечно же, этот, крадущийся с ножом, и был настоящим, а другой, неотличимый от живого человека — наваждением, обманом, мороком…

Решение следовало принять в считанные секунды — вот-вот окажется сзади и ударит ножом в спину…

Савельев с превеликим удовольствием взял бы его живьем: прострелить ногу, заодно и руку с ножом, связать его же собственным поясом, пусть полежит пока… Но рисковать не стоит: вдруг он, оказавшись без присмотра, что-нибудь злоумышленное скудесничает, даже лежа подраненным и связанным? И от этого уже не защитишься? Если альвовские штучки на Савельева не действуют вообще, это еще не значит, что он полностью защищен от всех козней отечественных колдунов, принадлежащих к тому же роду человеческому…

Резко развернувшись влево, он выстрелил два раза почти в упор. Туманная фигура медленно сползла по стене на пол, вытянулась неподвижно — и превратилась в настоящего Мокея, а призрак-обманка моментально растаял.

Савельев присмотрелся к неподвижному телу: нет, вроде бы все без притворства, выглядит натуральным мертвецом — и серебряные пули не понадобились, и не пришлось мазать заряд лампадным маслом или святой водой, как учат сибирские старики…

— Что встал? — подтолкнул он князя в спину дулом. — Покойников не видел? А может, и правда, никогда прежде не видел, ты же не армеец, а паркетный шаркун… Отпирай!

Извлекши из кармана кольцо с тремя ключами, князь привычно, быстро справился с замками. Направился к лестнице. Замялся.

— Давай-давай, — прикрикнул Савельев. — Верти циферки, зарабатывай у меня хорошую аттестацию, это тебе необходимо крайне…"

"Сжав губы, побледнев то ли от злости, то ли от сильных эмоций, князь стал вертеть колесики. Закончив, ухватился за крайнее левое, как за ручку, потянул на себя. Дверь распахнулась без скрипа, и Савельев, опасаясь какого-нибудь фортеля, вошел в башню бок о бок с князем.

Жадно огляделся — но ничего диковинного не увидел. Одна большая круглая комната, сплошь почти уставленная по периметру, в простенках меж полудюжиной окон, книжными полками и высокими шкафами. Только один простенок свободен от них, там стоит мягкое кресло с небольшим столиком рядом, а над ним — с дюжину палашей и шпаг, довольно старых на вид.

Савельев ощутил некоторое разочарование — все здесь выглядело очень уж обыденно, гораздо будничнее даже, чем нижние комнаты с Машиной и альвом. Ему показалось, что князь разглядывает его чуточку свысока — словно, оказавшись здесь, вернул прежнюю уверенность в себе.

— Что загрустили, господин из Тайной канцелярии? — саркастически усмехнулся князь.