Звезда Чёрного Дракона

Все, что я знал о ней, так это то, что она – придворная дама, которая сбегает из дворца в мужской одежде. И когда она пропала, я поклялся найти ее во что бы то ни стало. Чтобы она, глядя в мои глаза, сказала, что больше не хочет видеть меня. Однако Этери никогда не существовало. Меня обманули. Все это время я общался с самой принцессой. И вы все это время знали об этом. И ты тоже, – перевел он взгляд на Белль, которая просто молчала. – Как ты могла? Я ведь доверял тебе. Как?.. За что?..

– Остановись, Том, – вдруг отстраненным голосом сказал Белль, не глядя на него, а глядя в темное ночное небо.

– Как я могу остановиться, Белль? Вы сделали из меня идиота.

– Мы спасали тебя.

– От чего же?

– От гнева императора. Он узнал о вылазках принцессы. И мог наказать того, с кем она бегала на свидания. Ты и без того почти попался. Тебя схватили гвардейцы и доставили в Небесный замок.

– А разве я просил спасать меня? – нахмурился Том. Обида и злость в груди ширились, и даже дышать стало сложнее.

– Перестань. Пожалуйста, – тихо попросила его сестра.

– Я настолько жалок? – не мог остановиться он. – Для чего вы скрывали это от меня?

– Хватит, я сказала. Не заставляй меня жалеть о своем выборе.

Голос ее был холодным, а бледное лицо казалось застывшим. После Ночи зимнего свершения младшая сестра изменилась. Том не видел больше озорную девчонку с горящими из-за очередных авантюр глазами, которую знал с самого детства. Он видел уверенную в себе девушку, с глазами, в которых просыпалась тьма. Та самая тьма, о которой писали в газетах и журнал, осуждающих выбор императора.

– Том, твоя сестра волновалась за тебя, – мягко вмешался Даррел. – Она сделала все, чтобы спасти тебя от гнева императора. Этель поступила неправильно, начав встречаться с тобой, представившись придворной дамой. Она подвергала опасности не только тебя, но и себя. Белль защищала тебя. Не осуждай ее. Если хочешь злиться – злись на меня.

– Ваше высочество, – нахмурился Том. – Я ценю то, что вы защищаете мою сестру. Но я все равно не могу понять, почему это нельзя было обсудить со мной. Все рассказать, объяснить. Я бы все понял. Ведь я не ребенок.

– Ради нее ты решил стать гвардейцем, – все так же не глядя на него сказала Белль. – Не это ли образец детского поведения?

Ее слова задели его так сильно, что даже голос задрожал:

– Я просто хотел еще раз повидаться с той, которую полюбил. Что здесь такого? Мне не стыдно, Белль. Я ничего плохого не сделал.

– По-твоему, это я сделала что-то плохое? – приподняла она бровь.

На Тома повеяло высокомерием истинных высокородных. Или ему так казалось в эти тяжелые минуты ярости, которую приходилось сдерживать.

– Ты скрывала от меня правду. Белль, ты моя сестра, и ты знаешь, как я к тебе отношусь.