Черное сердце

Какие задания он тебе давал?

Воспользовавшись секундным замешательством, в разговор вступил Матвеев:

– Ты, наверное, думаешь, что твои дружки из УНИТА помогут выйти сухим из воды? Не тешь себя несбыточными надеждами. До Сибири руки УНИТА никогда не дотянутся.

– Мужики! – взмолился Кувалдин. – Клянусь, я к ЦРУ и УНИТА отношения не имею. Я честный советский человек, а не изменник Родины.

– Упорствуешь! – с сожалением сказал Клементьев. – Ты, наверное, вообразил себя ценным агентом, которого ЦРУ обменяет на нашего разведчика? Не выйдет, дружок! Ты на УНИТА работал, а у них в плену наших разведчиков нет.

– Я… – начал было задержанный.

Но Матвеев перебил его:

– Геннадий Александрович! Какого черта мы с ним возимся? Давайте передадим его в КГБ. Шпионы – это же их профиль. Они с него живо стружку снимут. К аппарату подключат, провода на одно место намотают, током пару раз тряхнут, он все расскажет, все припомнит. Мать родную продаст, лишь бы током больше не били. Только потом, Кувалдин…

– …потом будет суд и срок – лет пятнадцать, – подхватил Клементьев. – Для шпионов на Колыме есть специальный лагерь. Через неделю пребывания в нем проклянешь тот день, когда на свет родился.

Я украдкой посмотрел на задержанного. Парень взмок, на лбу выступили крупные капли пота, руки стали мелко подрагивать, во рту пересохло. Он попросил попить и начал давать показания:

– С чего начать-то? С игры? Организовал игру в «девяточку» Ашот Мелкумян, армянин из Нагорного Карабаха. К нам он приехал два года назад, быстро развернулся, нашел игроков – и пошло-поехало! Мелкумяну около пятидесяти лет. Его родственники думают, что он ездит в Сибирь на заработки, работает вахтовиком на газовых промыслах Тюменской области, а он тут, у нас, крутился. Мы с Валеркой стали работать на него почти с самого начала.

Начав рассказывать, Кувалдин успокоился. Не зря говорят: чистосердечное признание облегчает душу. Его показания об организации игры интереса не представляли, мы уже знали о ней все или почти все, но Кувалдина никто не перебивал. Переход от известного к неизвестному должен быть плавным, для допрашиваемого незаметным.

– Негр этот, что на фотографии, в первый раз появился год назад. Хозяин сказал, что он будет играть под кличкой «Гуталин». Ни имени, ни фамилии его Мелкумян не называл. В первом же туре Гуталин выиграл и получил в награду самую симпатичную девушку – Марину. В то время она училась в пищевом техникуме на последнем курсе, жила где-то в Ленинском районе. Фамилии ее я не знаю, но опознать смогу.

Матвеев, поняв, о ком идет речь, побледнел, скривился, словно от зубной боли. Кивком головы спросил разрешения и вышел.