Черное сердце

Допрос вели Клементьев и Матвеев. Меня к работе с задержанным допускать не хотели.

– Ты на себя в зеркало посмотри! – с издевкой сказал Матвеев. – Какой из тебя оперативник? Ты на пионера похож, а не на офицера милиции.

Клементьев счел мои доводы разумными и разрешил присутствовать при допросе в качестве стенографиста.

– Делай вид, что записываешь показания, – распорядился он. – В допрос не лезь, вопросов задержанному не задавай.

Слесарь с пролетарской фамилией Кувалдин вошел в кабинет Клементьева в приподнятом настроении. Бояться ему было нечего. Допрос начался с вопросов о карточной игре. Кувалдин, посмеиваясь, все отрицал.

– Ну что же, от дел мелких и незначительных перейдем к главному, – устало вздохнув, сказал Клементьев. – Предлагаю добровольно рассказать о своем участии в антигосударственной деятельности.

– Совсем кукушка съехала? – засмеялся Кувалдин. – Вы меня еще в убийстве Кеннеди обвините.

– Узнаешь своего дружка? – перешел на жесткий тон Геннадий Александрович.

Кувалдин взял фотографию Пуантье, поморщился:

– Кто такой? Певец какой-то? Негры все на одно лицо.

– Этот человек въехал в нашу страну по поддельным документам на имя Жан-Пьера Пуантье, но мы выяснили, что он является кадровым офицером УНИТА, работающим под кличкой «Долговязый».

Ухмылка на лице Кувалдина сменилась недоумением. Он еще не понял, в какую историю влип, но уже начал сомневаться в благополучном исходе дела.

«В яблочко, прямо по центру! – возликовал я. – Если бы Кувалдин никогда не видел Пуантье, он бы не смутился, а продолжал куражиться. 2 + 2 = 4. Если Кувалдин встречался с Пуантье, а Жан-Пьер был шпионом, то конголезец вполне мог завербовать его. Это элементарная логика, для постижения которой высшего образования не требуется».

– Что же ты замолчал? – угрожающе спросил Клементьев. – В первый раз об УНИТА слышишь? Их вожак Савимби кровью половину Африки залил, а ты о нем ни ухом ни рылом?

– Ничего не понимаю, – изумился задержанный. – Какой еще Савимби?

Клементьев с размаху грохнул кулаком по столу.

– Ты мне дурака не валяй! – взревел Геннадий Александрович. – Савимби – личный друг директора ЦРУ Уильяма Кейси. Его президент Рейган в Белом доме принимал, а ты о нем в первый раз слышишь? Колись, сволочь, на чем тебя Долговязый завербовал и какие задания ты от него получил?

Тут Кувалдин испугался по-настоящему.

– Вы меня с кем-то путаете, – растерянно пробормотал он. – Я к ЦРУ отношения не имею.

– Прекрати лгать, подонок! – с ненавистью сказал Клементьев. – У нас есть неопровержимые доказательства того, что ты неоднократно встречался с Долговязым, получал от него крупные суммы денег.