Черное и черное

— Значит, я — не то, ради чего ты пожертвуешь абсолютно всем? Или всеми?

— Нет. Ради тебя я могу пожертвовать только собой.

— И то, если моя жертва не поставит под угрозу хороших людей или жизненно-важную цель, — добавила она.

Он молчал и не двигался, и по его лицу нельзя было понять, что он чувствует или в каком направлении приблизительно движутся его мысли. Сканировать его ей не хотелось.

— Эрта, ты меня любишь? — вдруг, решился он.

— Выходит, что нет, — огорченно сказала она.

— Ты меня ненавидишь? — решилась и она.

— Выходит, что нет, — облегченно ответил он.

— И что мы теперь будем делать? — спросила Эрта, ощущая, как размораживаются ее чувства.

— Выполнять свой долг, — усмехнулся Ульрих.

— Вместе? — недоверчиво спросила она.

— Конечно, вместе. По-другому никак. Он же у нас один, — подтвердил он.

— Я не буду делать это без согласия каждого человека, который примет участие в этом. — сказала она.

— Одно согласие у тебя уже есть.

Эпизод 21. Последние мгновения смерти

— Мгновения Эрты -

Ночью Эрта не спала, и думала, почему же она не любит Ульриха. Она не смогла бы спасти его любой ценой. Не смогла бы никогда. Во-первых, тогда она перестала бы быть Убийцей. Тогда, она стала бы убийцей не по профессии, а по определению, и стала бы слабее любого Убийцы, с даже не полностью сформировавшейся эгосилой. И тогда ей самой не захотелось бы жить. Во-вторых, если бы она спасла его вопреки его принципам, он не только никогда не простил бы ее, но и не смог бы жить полноценно дальше. Он прав, тогда она не спасла бы его, она бы его убила. И на земле все равно бы уже не было Ульриха. Был бы его призрак. А призракам место — в раю."

"Она подумала, что тоже была призраком. Пока не встретила его, своего чудотворца. Ульрих бы такого не встретил никогда. Потому что, он уже встретил ее. Спасая его против его воли, она бы сама убила их обоих. И даже после того, как он оживил одну ее половину, вторая ее половина все еще была мертва. И она не смогла бы заставить Ульриха пройти через то же, что мучило ее и отравляло ей жизнь. Но ей повезло. Теперь для нее все изменилось. Теперь она могла либо воскреснуть целиком, либо умереть вся. Теперь она понимала, что и Вселенная не спасла ее напрасно. Не ради ее жизни, а ради этого мира. Ради Ульриха, стариков и их детей, ради Кристины, ее лебедей и Марка. Спасенная жизнь Эрты теперь не была чьим-то бессмысленным капризом, она имела ЗНАЧЕНИЕ. И она не смогла бы забрать это значение у Ульриха. Не было у нее такого права еще и потому, что даже если она любила его неправильно, она все-таки думала, что она его — любила. И также как Кристина, хотела, чтобы мир его души был красивым и комфортным для него самого.