Черное и белое (СИ)

— Наверное, ты из-за Гены перенервничала, — предполагаю я и беру её за руку.

— Ну, не знаю. Перенервничала, но всё равно странно. Вот…

— А до этого?

— До этого? Так, по дому кое-что делала… Знаешь, я вот с тобой поговорить хотела. Мне же надо на работу устраиваться. Сегодня в обед забегала Марина. Она приезжала, потому что деньги дома забыла, а на работе нужно на что-то сдавать было. Ну, собственно, не важно. Она сказала, что у них на «Большевичке» в бухгалтерии есть место старшего помощника младшего дворника. В смысле, ну… понимаешь, да? Она спросила, вроде там заочницу-математичку из МГУ готовы принять.

— На «Большевичку»? — поднимаю я брови.

— Ну а что, мне же нужно опыта набираться! Я же должна тебе помогать, быть твоей опорой и поддержкой.

— А борщи варить кто будет? — улыбаюсь я.

— Ой, да чего там варить-то? Я за полчаса тебе такой борщ сварганю, за уши не оттащишь. Ну ладно, за час, если на бульоне хочешь. Да я тебя и самого научу.

Она начинает смеяться, представив меня на кухне.

— Представила что ли?

— Ага, — кивает она. — Весь в свёкле, моркови и семенах укропа.

— Ха-ха-ха, — шутливо передразниваю её я. — Я, между прочим, борщ умею. И ещё не известно, у кого лучше получится.

— Что?! Умеешь? Ах ты тихушник! Ни разу ещё меня не накормил!

— Накормлю, если заслужишь.

— Ну вот, а я тебя бескорыстно кормлю, даже если ты и не заслуживаешь.

— Что-что? — притворно сержусь я.

— Ладно, шучу. Так как? Что думаешь, насчёт работы?

— Я думаю, что партия даёт тебе задание через месяц идти работать в «Союзнефтеэкспорт». Это контора всем конторам контора. Вот там точно есть чему научиться. Только, пожалуйста, это секрет. Поняла? Никому, вообще ни одной живой душе. Ни Галине, ни Марине, даже отцу родному заранее не говорить.

— Почему секрет?

— Потому что желающих на это место слишком много. Даже выпускники вузов хотели бы на это место, со знаниями языков. Мы с тобой, кстати, начнём английским скоро заниматься.

— Знаешь, нефть — это так скучно, — говорит она. — Правда… Кому она нужна вообще? Нет… я в том смысле, что кому с ней возиться интересно?

— Ох, ты уж мне поверь, пройдёт не так много времени и тебе самой будет казаться, что нет ничего интереснее в мире, чем возиться с нефтью и газом.

— Не знаю, — пожимает она плечам и надувает губки. — Это ещё через месяц, а тут уже хоть завтра выходи.

— Ну мы же не бедствуем, можем потерпеть месячишко без зарплаты, а?

— А я не хочу просто так на твоей шее болтаться, я хочу свой хоть маленький, но вклад вносить.

— Ты уже вносишь большой, очень большой, просто неоценимый вклад.

— И какой же? — хмурится она."

"— Наш с тобой вклад определяется не деньгами, а тем что мы можем дать друг другу помимо материального — любовь, поддержку, преданность, верность, самоотверженность.