Черное и белое (СИ)

Отчего же тогда так сердце бушует? Взрывается сердце и разлетается на тысячи осколочков…

Кухарчук поднимает клапан и извлекает на свет сложенный лист бумаги, заполненный мной зашифрованными инструкциями для адвоката Мозеса Лански…

Твою дивизию…

— Ну что, вы заинтересованы? Не найдёте для меня пары минуток?

12. Дом на углу Ленина и Энгельса

Кем бы мы были, не будь у нас друзей? Депрессивными интровертами, Сизифами и тростинками на ветру. Один в поле не воин. Одной рукой и узла не завяжешь. Один в море не рыбак, а без артели не моряк. И так далее."

"Хотя бы если не друзья, то соратники нужны, ой как нужны. Без них никак. Невесты тоже идут в счёт, но, пожалуй не сегодня.

— Да, интересует, — киваю я.

— Я так и думал, — холодно улыбается Кухарчук и я с чувством глубокого удовлетворения отмечаю, что следы нашей последней встречи всё ещё видны на его лице. От этого оно даже приятнее делается.

А ещё я замечаю идущих от входа к нам Валдиса, Наташку, Диму и Вову. Это не совпадение. Прежде, чем отправиться в отель, я позвонил Валдису в машину и сказал во сколько буду в отеле.

Но, кроме них, в зал заходят трое крепких щелкунчиков в штатском. Они рассосредоточиваются по фойе, беря под контроль выходы. Мы же находимся в небольшом вестибюле за стойкой регистрации, около лифтов. Вестибюль этот располагается в углублении и из зала не виден. И, помимо лифтов, здесь есть дверь, ведущая в служебные помещения.

— Здравствуйте, — говорит Валдис, подходя к нам.

Из приехавшего лифта выходит несколько весёлых и громко говорящих людей. Они бодро шагают к выходу, и их голоса сливаются с гулом и гомоном большого фойе.

— Наталья, Дмитрий, езжайте на лифте, — киваю я. — Вова здесь. Валдис… ты бы не мог подъехать с той стороны, как те ребята в прошлый раз, помнишь? Только, пожалуйста, поскорее, ладно?

У нас взаимодействие не отлажено, но он меня понимает. И тут же исчезает. И это здорово. Здорово, когда есть на кого можно положиться. Я это точно знаю. Пока я говорю это двери лифта закрываются и он отправляется наверх.

— Так, — хмурится Поварёнок. — Может, своими делами вы потом как-нибудь займётесь? Мне-то безразлично, я могу и не забивать себе голову вот этими проблемками. Есть специалисты по этому направлению. Получше Радько, между прочим…

Он трясёт передо мной моей шифровкой.

— А где, — хмурюсь я, — тот у кого это письмо было?

— Где надо, — с вызовом и раздражением отвечает Кухарь. — Вопросы буду я задавать, понятно?

— Понятно, Пётр Николаевич, — сокрушённо качаю я головой. — Конечно, понятно, гораздо лучше, чем вам кажется. А вы как в Риге-то оказались?

— Так, ты мне зубы не заговаривай. Давай, двигай на выход! Там машина стоит. Или ты хочешь, чтобы я сотрудников позвал? Эй, из-за спины выйди!

Он оборачивается и смотрит на Алика.