Черная ведьма желает познакомиться

– Тогда почему ты улыбаешься? – не удержался Уильям.

– Потому что выжила и теперь до конца своей жизни могу вам мстить!

Я села и стянула с ноги чудом сохранившуюся туфлю, толку все равно уже никакого – на высоченном каблуке, притом в единственном экземпляре, по болоту не находишься. Оказалось, что чулок порвался, и наружу торчал большой палец. Уильям тоже принялся разуваться, вылил воду из одной туфли, из другой.

– Эй, наследник земель, – позвала я, следя за тем, как он принялся расправлять из пояса брюк мокрую рубаху, облепившую крепкую грудь, – ты хоть представляешь, где мы можем находиться?

– Единственное болото, которое я знаю, находится к востоку от Кросфильда. – Уильям стянул рубаху и принялся ее выжимать.

Пресс у столичного ловеласа был отличный, я еще в прошлый раз заметила, но после купания чувствовала себя настолько паршиво, что даже любоваться не захотела. Так, скользнула небрежным взглядом, чтобы освежить в памяти, и принялась выжимать подол мокрющего платья.

– И как оно далеко?

– Кхм… – глубокомысленно отозвался мужчина, натягивая рубаху обратно.

– До ночи доберемся?

– Если найдем извозчика.

– Деньги есть?

– Ты же сможешь его заколдовать?

– Значит, нет, – вздохнула я и подняла руки, чтобы собрать растрепанные волосы обратно в пучок, но мгновенно раздался треск разодранной под мышкой ткани. Пришлось сделать вид, что ничего не произошло.

Тут передо мной на пожухлую от солнца траву легли вымокшие мужские туфли.

– Что это? – сухо уточнила я.

– Обувайся, госпожа ведьма, – кивнул Уильям.

При взгляде на единственную пару на нас двоих меня охватило такое обычное, человеческое смущение, что покинул дар речи.

– Надевай, – подогнал он. – Ты же не можешь идти босой.

– Я в чулках.

– А я в носках, любительница туфель на шпильках, – кивнул он и шлепнул себе по шее ладонью, отгоняя какое-то насекомое. – Давай, пошевеливайся, пока нас гнус заживо не обглодал.

Наконец я пришла в себя достаточно, чтобы фыркнуть:

– Только не надо жертв, господин Брент. Я черная ведьма и вполне могу превратить чулки в сапоги.

Чтобы больше он, не дай темная Богиня, не подумал, будто мне требуется помощь, я сама вскочила на ноги и даже не заметила, как от поспешности придавила пяткой край подола. На сей раз хруст разорванной ткани оказался столь громким, что игнорировать его попросту было невозможно. Платье расползлось по талии, и теперь в прорехе торчала белая исподняя сорочка.

– Ну… – попытался выдать издевательскую шуточку Уильям, но под моим предупреждающим взглядом сдержался. Понимал, что любой, кто сейчас произнесет хотя бы звук, окажется проклятым.