Черная ведьма желает познакомиться

Фигурально выражаясь, светлая Богиня отвесила мне пинка под зад!

Отплевывая попавшую в рот непонятную гадость, я протерла глаза рукавом, вернее, верхней его частью, чудом оставшейся сухой, и огляделась. Болотце было небольшим, стиснутым со всех сторон осоловевшим от жары леском. Вокруг топорщились кочки, квакали лягушки.

И тут я поняла, что вот она – долгожданная свобода! Добраться бы до первого камина и вернуться в милую, любимую лавку! Мысль настолько меня вдохновила, что я вскочила на ноги и мгновенно навернулась обратно, подняв фонтан брызг. На сей раз платье оказалось измазанным полностью."

"– Прокляну! – искренне пригрозила я в пустоту.

– Эльза! – разнесся над болотом крик. – Эльза, ты где?

Клянусь, в первый момент решила, что мне ответили из топи, но голос болот казался подозрительно знакомым. Уильям Брент тоже не избежал божественного посыла, видимо, за то, что заботливо сжимал локоток черной ведьмы, но почему-то послали его в сухое место, а не в грязь. Сухой и чистый, разве что слегка растрепанный после стремительного перемещения, он вышел из зарослей кустарника и встал на твердой кочке. Ненавижу!

– Эльза? – как будто действительно не узнал он меня.

– Одно только слово, и прокляну! – процедила я. – Будешь до конца жизни матом ругаться, а не говорить!

– Сомневаюсь…

– Одно слово! – ткнула я в него пальцем. С рукава потекла грязная жижа.

Ухмыльнувшись, Уильям протянул мне руку:

– Помочь?

– Ты еще спрашиваешь? – фыркнула я, хватаясь за его запястье.

Он дернул, не жалеючи, со всей силы, точно выкорчевывал репку из земли. Но, как водится, поспешишь – людей насмешишь, а в нашем случае – жаб, птиц и болотную нечисть. От рывка мой зад, увязший в грязи, отлепился с непотребным чмоканьем, а подол платья зацепился за сук. Я завалилась назад и утянула помощника. Только туфли мужские в воздухе мелькнули.

Уильям придавил меня своим телом и подозрительно затих. Грешным делом, я решила, что он потерял сознание от шока, но тут он резко поднял голову. На лбу прилипла травинка, а в глазах застыло искреннее, незамутненное изумление.

– Слезь, – тихо попросила я.

– А?

В тишине где-то над нашими головами издевательски прокаркала ворона.

– Слезь с меня.

– Извини. – Он резко отскочил, плюхнув на меня поток грязной воды.

– Уильям… – сдержанно произнесла я, обтирая лицо. – Ты же знаешь, что все ведьмы – это дети природы? Так вот, я тебе как дитя природы заявляю: сидя в грязной жиже, нельзя делать резких движений – обрызгаешь ближнего.

Поддерживая друг друга, мы выбрались на твердый клочок земли. На дне топи осталась одна туфля и кошелек с монетами, слетевший с пояса. Я улеглась на спину и, закрыв глаза, счастливо вздохнула:

– Темная Богиня, как же я вас, Брентов, ненавижу.