Черная метка

– Спасибо, Роза, за предупреждение. Я ни в коем случае не желаю, чтобы в отделе пропадали лекарства и в конце концов оказывались в руках тех, кто может вредить людям или даже убивать их.

– Не говоря уже о том, что дни Чака тоже могут быть сочтены, – сказал Марино. – Такие, как он, долго не живут.

Он встал и пересел на край дивана, поближе к Розе.

– Но, Роза, – мягко произнес он, – Почему ты считаешь, что рассказанное тобой имеет отношение к убийству Ким Люонг?

Она глубоко вздохнула и выключила торшер, стоявший рядом с ней, словно свет резал глаза. Ее руки затряслись так, что она, взяв чашку, пролила чай на колени. Пришлось промокнуть мокрое пятно салфеткой.

– По дороге с работы я решила купить песочного печенья и кое-что еще, – ответила она дрожащим от волнения голосом.

– Ты помнишь, во сколько это было? – спросил Марино.

– Было минут десять седьмого.

– Давай уточним, – сказал Марино, записывая. – Ты заехала в "Куик-Кэри" около восемнадцати часов. Магазин был закрыт?

– Да. Это немного разозлило меня, потому что он должен был работать до шести утра. Мне в голову приходили нехорошие мысли, и теперь я тоже об этом жалею. В магазине лежала мертвая продавщица, а я злилась на нее, потому что не могла купить печенья... – Она всхлипнула.

– Ты видела машины на стоянке? – продолжал Марино. – Или, может, встретила кого-нибудь?

– Подумай как следует. Роза. Возможно, что-то показалось тебе странным...

– О да! – воскликнула она. – Именно это я и пытаюсь сказать. С Либби-авеню я увидела, что магазин закрыт, так как свет был выключен, поэтому въехала на стоянку, чтобы развернуться, и увидела на двери табличку "Закрыто". Вернулась на Либ-би и не успела доехать до магазина "Эй-би-си", когда вдруг за моей машиной появился автомобиль с включенным дальним светом.

– Ты направлялась домой? – спросила я.

– Да. Вначале я ничего не заподозрила, пока не свернула на Гроув-авеню и он вплотную за мной, ослепляя меня своими проклятыми фарами. Встречные водители сигналили фарами, что у него включен дальний свет, на случай если он не знал. Но он явно не собирался выключать его. К этому времени я уже была напугана.

– Ты смогла разобрать, какая это была машина? Что-нибудь видела? – произнес Марино.

– Я была практически ослеплена и, кроме того, находилась в таком замешательстве! Я сразу подумала об автомобиле на стоянке во вторник, когда вы заезжали, – обратилась она ко мне. – А потом рассказали, что за вами следили. И я начала думать о Чаке, наркотиках и ужасных людях, которые этим занимаются.

– Итак, ты едешь по Гроув-авеню, – напомнил ей Марино.

– Разумеется, я проехала мимо своего дома, стараясь придумать, как оторваться. Не знаю почему, но я вдруг развернулась и направилась обратно.