Шепчущий череп

– Это тебе Джоплин сказал? Чушь собачья! Твой Джоплин – чудак чокнутый, и ты сам не лучше его, если повторяешь за ним всякие бредни. Нет, как только мы завладеем зеркалом, немедленно передадим его Барнсу. И точка. Понятно?

– Да, – вздохнул Джордж, закатывая глаза.

– И еще. Что ты ему наговорил о том, что мы собираемся предпринять сегодня ночью?

– Ничего. – Лицо Джорджа при этом, как всегда, было бесстрастным, но на щеках появились маленькие красные пятна. – Ничего я ему не говорил.

– Хочу надеяться, – сказал Локвуд, пристально глядя на него. – Ладно, проехали-забыли. Пора собираться в поход, дел масса.

Дел действительно было невпроворот. Следующие несколько часов ушли у нас на подготовку двух совершенно разных, но состыкованных по времени экспедиций. Прежде всего мы собрали свои дорожные сумки, набили их магниевыми вспышками, уложили рабочую одежду и башмаки. Затем Локвуд с Джорджем, аккуратно избегая внимательных глаз слонявшейся по Портленд-Роу Кэт Годвин, унесли эти мешки и возвратились домой только к вечеру. Тем временем я отполировала наши лучшие рапиры, а затем целую вечность провела возле зеркала, примеряя перед ним туфли и платья. Честно говоря, все они были, на мой взгляд, так себе, но в конце концов я выбрала одно из них – темно-синее, до колена, с круглым вырезом. Да, мои руки в нем выглядели жирными, ноги слишком большими, и мне не нравилось, как оно сидит на животе, однако остальные платья были еще хуже. Кроме того, у синего платья был дополнительный плюс – матерчатый пояс, к которому можно прицепить рапиру.

Оказалось, что не я одна не в восторге от моего наряда. Кто-то сдернул закрывавшую призрак-банку ткань, и в ней вновь материализовалось лицо призрака. Когда я проходила мимо стола, на котором стояла банка, на призрачном лице появлялось выражение ужаса, смешанного с отвращением.

Как я уже говорила, Джордж с Локвудом возвратились домой ближе к вечеру. Мы перекусили, затем пошли переодеваться. К моему удивлению, Джорджу удалось отыскать в своих завалах смокинг. Пускай он топорщился под мышками и оттопыривался на заду, пускай казалось, что эта вещь прежде принадлежала орангутангу – все равно это был смокинг, черт побери. Локвуд вышел из своей спальни тоже в смокинге – щеголеватом, отлично сшитом. Под смокингом виднелась белоснежная рубашка и черный галстук. Волосы Локвуда были тщательно зачесаны назад, на боку сверкала подвешенная на серебряной цепочке рапира. Красавец.

– Люси, ты выглядишь просто прелестно, – сказал Локвуд. – Джордж, ты тоже, прими мои поздравления. У меня для тебя кое-что есть, Люси. Думаю, эта вещица вполне подойдет к твоему потрясающему платью.