Шепчущий череп

В рюкзаке Джорджа промелькнула и тут же погасла бледная вспышка зеленого пламени.

Теперь под луной остались лишь семеро измученных агентов, тяжело переводящих дух, сидя на тихом, поросшем травой холме.

Большая ночная прогулка

– Уничтожь его! – кричала я. – Это единственный вариант. Отвезем эту тварь куда надо и сожжем в печи!

– Да, – пробормотал Локвуд, – но только практично ли это?

– Разумеется, нет, – сказал Джордж. – Мы просто не можем так поступить. Он слишком важен для нас и для всей парапсихологической науки в целом. И знаешь что, Люси, кидаться мармеладом в мою голову – это не аргумент. Ты должна успокоиться.

– Я успокоюсь, когда у нас в доме не будет больше этого проклятого черепа, – огрызнулась я и швырнула ложку. Она ударилась о банку с мармеладом, зазвенела, отскочила и плюхнулась в масленку.

– А ты вообще заткнись! – огрызнулась я. – Не хватало еще, чтобы ты вмешивался!

Стояло летнее утро – снова солнце на чистом прозрачном небе, снова поздний завтрак и, во всяком случае, если говорить лично обо мне, новая вспышка давно сдерживаемого гнева. Его не остудили ни долгое возвращение домой из Хэмпстеда, ни тревожный беспокойный сон, ни тем более призрак-банка, которую я увидела на столе, когда спустилась на кухню. А уж когда мы принялись обсуждать события прошлой ночи и я вновь услышала в своей голове хриплый призрачный хохот… Одним словом, я схватила банку, и Локвуд едва успел удержать меня, иначе полетела бы она прямо в стенку.

– Еще раз повторяю: он заманил нас в тот дом! – продолжала бушевать я. – Эта тварь знала, что нас ждет в кабинете Бикерстафа! Он знал, что там до сих пор обитает призрак Уилберфорса! Вот почему он рассказал нам о спрятанных бумагах, вот почему направил нас вверх по лестнице на второй этаж!

– И тем не менее мы заполучили эти бумаги, – примирительным тоном сказал Локвуд. – Про них он не солгал.

– Бумаги были просто предлогом, чтобы заманить нас наверх, неужели вы не понимаете? Он хотел подловить нас. И для этого вступил со мной в контакт, хитрюга. Вам-то легче, вы его, слава богу, не слышите.

Я уставилась на призрак-банку. По ее стеклянным бокам плясали солнечные зайчики, призрачного лица в банке видно не было. И вдруг у меня в голове словно щелкнуло, и разрозненные обрывки информации сложились в единое целое. Я словно вновь услышала один из долетевших до меня из прошлого голосов: «Дайте Уилберфорсу. Он сгорает от нетерпения».

Знакомый голос, знакомые интонации. Очень хорошо знакомые.

– Это был он! – воскликнула я, указывая рукой на череп.