Чемоданчик Пандоры

Еще здесь находилась небольшая сумма денег – определив на глазок их количество, Георгий презрительно скривился – и банка растворимого кофе, на этот раз несколько получше. Должно быть, кофе из стола предназначался для рядовых посетителей, а кофе из шкафа – для самой Анны Ивановны и высокого начальства.

Георгий разочарованно захлопнул железную дверь и продолжил ознакомление с кабинетом. Кроме уже обследованных стола и сейфа, здесь имелось несколько стеллажей с книгами – русская классика, издания самого Панаева, литературная энциклопедия и большое количество разнообразных словарей и справочников. Георгий на всякий случай вытащил несколько томов с полки и убедился, что позади книг слишком мало свободного места, чтобы там можно было спрятать довольно большой кейс. На всякий случай он снял со стены портрет мрачного бородача – часто за картинами прячут сейфы. Хотя, конечно, трудно было рассчитывать найти такой потайной сейф в кабинете директрисы маленького заштатного музея. Конечно, за картиной ничего не оказалось, только прямоугольное пятно на обоях, показавшее, как давно портрет висит на этом месте и как давно в кабинете не делали ремонт.

Привстав на цыпочки, Георгий поднял портрет, чтобы повесить его на прежнее место, как вдруг у него за спиной раздался резкий, изумленный возглас:

– А что это вы тут делаете?

Георгий обернулся, быстро натянув на лицо непринужденную улыбку. Возле двери стояла небольшая седоватая тетка удивительно запущенного вида, на взгляд Георгия, настоящая музейная крыса. Маленькие крысиные глазки горели праведным возмущением, на щеках полыхали пятна нервного румянца.

– Что вы тут делаете? – повторила крыса. – И вообще, кто вы такой?

– Портрет покривился, – с несколько натянутой улыбкой сообщил Георгий и продемонстрировал тетке изображение угрюмого бородача, – я хочу его повесить поаккуратнее…

– А как вообще вы попали в кабинет Анны Ивановны? – сурово осведомилась женщина и сделала шаг вперед. При этом ее острый взгляд остановился на несгораемом шкафе. Георгий посмотрел в том же направлении и увидел, что дверца шкафа закрыта неплотно.

– Полиция, – удивительно тихо проговорила крыса.

Георгий прижал палец к губам, призывая музейную даму к молчанию, и с размаху опустил на ее голову портрет прогрессивного русского литератора девятнадцатого века. Дама тихо охнула и без чувств свалилась на потертый вишневый ковер.

Злоумышленник недовольно огляделся. Дольше оставаться в кабинете было небезопасно, за одной музейной крысой могли явиться другие, причем сразу несколько, а это усложнило бы ситуацию. Самое же главное – Георгий был убежден, что осмотрел директорский кабинет достаточно тщательно. Кейса здесь не было.