Человек закона

Собрал платком пот с лица.

Во рту и в горле — сухо. Воды нет. Опять опустился на тот же камень и расслабился, стараясь вернуть себе ясность мысли. Чувствовал себя тупым, отяжелевшим. Возможно, кислород уже почти весь кончился. Он бросил взгляд на свечу. Пламя неподвижное, чистое. Но ведь мигало недавно, он помнит! Впрочем, сознание способно на такие шуточки. Есть устоявшееся выражение «мерцающая свеча», в нем-то все и дело. Чантри встал и вполз обратно в узкий ход, чтобы посмотреть какое-то время на мешающий камень, потом начал ковырять киркой, высвобождая из-под него камни поменьше.

Работал он долго, но в конце концов каменюка осел вперед и лег в выкопанную для него яму. Над ним показалось пустое пространство — но небольшое. Не более шести дюймов, и воздухом из него не тянет.

Он вернулся за свечой, заполз обратно и поднял пламя повыше, чтобы лучше видеть. Каверна между двумя глыбами, верных два фута пустоты, тут уже копать не надо. Если он сумеет вытащить этот двухсотфунтовый кругляш.

Чантри вновь принялся за его основание, доковырявшись до того, что заболели плечи, и наконец-то! Камень подался и еще немного съехал вниз. Можно уже протянуть руку, но браться за дело немедленно Чантри не стал. Выбрался ногами вперед из своего хода, взяв с собой свечу, и сел на привычный каменный стульчик.

Он устал. Страшно устал. Засветив следующую свечу, он взглянул на циферблат. Девять часов прошло.

Столько времени он находится здесь в заточении? Сейчас должна быть полночь. Веки налиты тяжестью, так хочется отдохнуть… Ладно, пару минут.

Он вытянулся на полу штреха, устроил голову на шляпе и чуть ли не в тот же миг заснул.

К щеке прикоснулось что-то холодное и мокрое. Вырваться из гнетущего сна было мучительной борьбой, но наконец он сел. Вытянул руку. Пальцы нащупали влажную шерсть. Он охнул, отдернул руку и в неярком свете огарка увидел блестящий силуэт. Прижимается к земле, скулит, шлепнулось на пол — голова на лапах.

Собака Пирсона!

Но как же… Чантри вскочил на ноги в такой спешке, что едва-едва удержался от того, чтобы не упасть. Напуганный пес отскочил от него, но с охотой подошел к протянутой руке.

— Все в норме, парень, — негромко сказал ему Чантри. — А вот как ты попал сюда, хотел бы я знать!

Он подобрал винтовку и свечу, и собака, понимая, что он уходит, кинулась к концу туннеля. Боясь потерять ее из виду, он тоже побежал. Пес достиг круглой выемки, не замедляя бега, свернул куда-то выше и исчез за каменной плитой.

Чантри почувствовал, что его возбуждение гаснет. Пес, вероятно, нашел залитую водой лазейку, в которую только он один и мог протиснуться. Хотя, если он пролез, значит в шахту проникает и воздух. Он вскарабкался по камням и заглянул за плиту. Издали казалось: лежит чуть не впритирку к стене.

И ничего похожего.