Человек из Скибберина

Наконец, порядком соскучившись от ничегонеделания, ирландец выдвинул ящики стола и принялся рыться в бумагах. Среди документов отыскалась странная на вид карта: ничего подобного Крис отродясь не видывал. Юноша долго разглядывал чертеж, пока не понял, что перед ним — профиль полотна железной дороги, где, помимо всего прочего, обозначены высоты над уровнем моря. Ирландец уже собирался было затолкать карту обратно в ящик, как вдруг заметил нечто, приковавшее его внимание.

К востоку от тополей уровень земли повышался; несмотря на то, что на первый взгляд местность казалась абсолютно плоской, дорога шла на подъем. Тут Крис вспомнил, что локомотив и впрямь замедлил ход, подъезжая к станции, а миновав тополя, притормозил настолько, что не обогнал бы и пешехода. Отсюда и далее, согласно карте, дорога постепенно выравнивалась."

"Если всадники намереваются догнать состав и вскочить в поезд на ходу, так места удобнее не сыщешь. Крис не сомневался, что бандиты все предусмотрели заранее: участок, где поезд замедляет ход, наверняка им отлично известен.

И на западе, и на востоке расквартированы воинские части. Ренегаты, конечно, знают, что, едва о похищении генерала Шермана станет известно, вслед бандитам вышлют погоню, да такую, какой равнины Дикого Запада доселе не видывали.

Так что же? Они, вне всякого сомнения, народ отчаянный, ежели решились на такое, и, стало быть, сражаться им не привыкать. Однако бандиты наверняка тщательно спланировали отступление. А это значит, что им понадобится время. А для этого, во-первых, нужно вывести из строя телеграф, а во-вторых, сделать так, чтобы поезд не смог доставить роковые вести в обитаемые края. Выходит, надо либо разобрать рельсы, либо перебить кондукторскую бригаду. Это даст бандитам необходимые несколько дней форы; за это время они успеют рассыпаться по равнине и вновь воссоединиться далеко отсюда.

Крис нарубил как можно больше мяса, затем обвязал тушу веревками и с трудом отволок ее подальше от хижины, туда, где запах не будет ощущаться. Второй убитый бизон оказался чересчур тяжелым, и ирландец махнул на него рукой: пусть лежит, где лежал, со временем он придумает, как от этого подарка избавиться.

Криспин Мэйо снова повернулся к равнине и застыл как вкопанный, глядя во все глаза. К нему приближался всадник, ведя второго коня в поводу. Второй конь, в свою очередь, тащил что-то за собою.

Ирландец выжидал, не трогаясь с места. Всадник подъехал к станции, и Крис увидел, что перед ним — индеанка с ребенком. Конь в поводу волок за собою нечто вроде самодельных носилок: два шеста волочились по траве. Завидев Мэйо, индеанка натянула поводья.

Женщина поглядела сперва на Криса, потом на бизона.

— Еда, — сказала она, показывая на себя и на ребенка.

— Сейчас, — кивнул Крис.