Черный человек

– В чем дело? – чуть резче произнесла хозяйка кабинета, обращаясь к инку стола.

– Закрытая консорт-линия, – сообщил киб-секретарь флегматично. – Абонент не идентифицируется и не пеленгуется.

– Власта Боянова, комиссар безопасности? – раздался слегка гортанный, звенящий от обилия бронзовых обертонов женский голос.

– Да. Кто вы?

– Пусть будет Мельпомена[106]. – Неизвестная обладательница «колокольного» голоса засмеялась – словно по полу рассыпались и запрыгали металлические шарики. – Мы хотим предупредить вас: не вмешивайтесь в процесс лечения патологии.

– О чем вы?

– Интрасенсы – это патология человечества, и болезнь эту надо лечить радикальными средствами, хирургическим путем.

– Это все?

Снова смех.

– До связи, комиссар.

Нить неразвернутого виома угасла. Власта смотрела на тающий глазок в толще стола, а перед собой видела заплаканное лицо Забавы, своей сестры. Встрепенулась.

– Удалось выяснить, откуда и кто звонил?

– Нет, – виновато ответил киб стола. – Код связи рассчитан по теории множеств, пеленгация «рассыпается» на все стороны света.

– А ведь с вами по консорт-линии могут соединиться лишь несколько человек в Системе! – мягко произнес Умник.

– Вот именно, – проговорила Боянова, переживая короткий приступ бессилия: хотелось немедленно найти таинственную незнакомку, встряхнуть за плечи и выяснить все до конца. – Розыску еще одно задание: выяснить, кто звонил. Или в крайнем случае, кто мог звонить.

Уже третий раз Мальгину снился сон: он в образе орла парит над горной страной, испещренной узорами долин, ущелий и хребтов, зорко всматривается в серо-бело-коричнево-голубоватый хаос, изредка пошевеливая могучими крыльями, и ищет… Что? Или кого? Что может искать орел в горах, одинокий и гордый, как страж бога молчания?.. Постичь смысл образа не удавалось, но ощущение вольного полета сохранялось долго.

Мальгин полежал, глядя в малахитовое строение потолка, вызвал внутренний отсчет времени: шесть часов утра. Можно поспать еще час, но лучше встать. Клим усмехнулся – он-то рассчитывал на круглосуточное бодрствование: оказалось, интрасенсы, несмотря на свои экстравозможности и резервы, нуждаются в сне почти как люди, ну разве что дольше могут обходиться без сна, не снижая работоспособности.

После первой своей попытки дальней пси-связи с Железовским Мальгин приходил в себя семь часов, да еще столько же спал, приказав «домовому» не беспокоить, поэтому совет Аристарха выполнить не мог. Теперь же решил не откладывая позвонить отцу. Интересно, что мог знать математик об отце такого, чего не знал сын?

Виом включился на второй минуте. Мальгин-старший застегивал халат, то и дело оборачиваясь и прислушиваясь к чему-то.