Чехов. Книга 3

Арина обернулась ко мне и мило улыбнулась, продемонстрировав чуточку длинноватые клыки:

— Мне повезло, что вы хотели себе хорошего секретаря, Павел Филиппович.

Машина подъехала к жилому комплексу и остановилась у ворот. И девушка вздохнула:

— Мне пора, мастер Чехов.

Мы вышли из машины, и я проводил ее до входа:

— До завтра, Арина Родионовна, — попрощался я, и девушка кивнула. А затем вдруг коснулась моего запястья и произнесла:

— Вы сильно устали. И я хочу вам помочь.

Я удивлённо посмотрел на ее ладонь и открыл было рот, чтобы спросить, что значит этот жест. Но в следующее мгновение кровь закипела в венах. Голова закружилась, а ноги предательски подкосились, и я с трудом сохранил равновесие. Реальность растворилась перед глазами, словно душу резко выбили из тела, и теперь она парила где-то над землёй. И мне казалось, что я завис над дорожкой и вижу со стороны, как мы стоим у ворот и девушка держит меня за руку. По коже волной прокатилось приятное покалывание. Стопы и пальцы кистей обожгло, словно я сунул их в огонь. Мир замер, а затем взорвался, и перед глазами вспыхнули разноцветные круги, застилая взор. В реальность я вернулся рывком и часто задышал, хватая ртом тяжелый воздух. Сердце сильно билось в груди, и я посмотрел на ладони, которые предательски тряслись. Губы приятно заледенели.

— Что это было? — удивлённо уточнил я, глядя на Арину.

— Небольшая… разрядка, — с трудом произнесла Нечаева. И я заметил, как вздымается ее грудь. А зрачки девушки были расширены.

— Простите, Павел Филиппович, — извиняющимся голосом произнесла моя спутница, глядя на дорожку. — Это… должно было немного вас взбодрить. Но вышло очень… сильно.

Я был полностью с ней согласен. Такого удовольствия я не испытывал никогда.

— Ещё раз простите, мастер Чехов, — виновато сказала Нечаева.

Я замотал головой:

— Вам не за что извиняться, Арина Родионовна.

Внезапно мне захотелось обнять девушку и прижать ее к себе. Хотелось убедиться, что ее волосы пахнут тем самым персиковым шампунем, аромат которого я ощущал довольно часто, когда оказывался рядом с девушкой. Мне вдруг стало важно понять, настолько ли у нее теплая кожа и… И только великим усилием воли я подавил в себе эти желания. За металлическим кованым забором элитного жилого комплекса было слишком много праздношатающихся людей. И уже завтра по городу могут поползти гнусные слухи про Нечаеву и некроманта. А я очень этого не желал.

— До завтра, Арина Родионовна, — с сожалением произнес я.

Девушка кивнула и поправила упавшую на лицо прядь волос:

— До завтра, Павел Филиппович.

Она развернулась и подошла к воротам. Достала из сумочки ключ, и я заметил, что пальцы у девушки подрагивали.